nik191 Вторник, 12.12.2017, 11:18
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [235]
Как это было [370]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [54]
Разное [13]
Политика и политики [39]
Старые фото [36]
Разные старости [27]
Мода [243]
Полезные советы от наших прапрабабушек [229]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1488]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [288]
Революция. 1917 год [473]
Украинизация [74]
Гражданская война [11]
Брестский мир с Германией [11]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2017 » Апрель » 15 » К судьбе царской фамилии и его приближенных (март 1917 г.)
08:03
К судьбе царской фамилии и его приближенных (март 1917 г.)

 

По материалам периодической печати за март-апрель 1917 года.

 

В Петропавловской крепости


В Петропавловской крепости в настоящее время находятся 35 заключенных бывших министров и других прислужников старого режима. За арестованными установлен бдительный надзор. Помимо обычной стражи, отдельные камеры крепости, в которых находятся новые заключенные, охраняются особыми представителями революционных войск.

Режим для новозаключенных установлен тот же, который практиковался при старой власти. Заключенным выдают кормовые деньги—40 коп. в сутки. Свидания не разрешаются. Переписка контролируется. Всем министрам разрешено носить собственное платье, причем у них отобрано все, что могло бы содействовать самоубийству. Прогулки допускаются два раза в день на 10—20 минут.

Министр юстиции А. Ф. Керенский ежедневно получает рапорты о состоянии крепости и всех находящихся там заключенных.

Арестованные — видные представители старого режима — обременяют администрацию крепости всевозможными просьбами, в большинстве случаев не подлежащими удовлетворению.

Особенно отличается в этом отношении бывший председатель совета министров Штюрмер, буквально ежеминутно обращающийся к администрации крепости, что он должен сделать какие-то важные заявления, но все его заявления носят неизменно чисто личный характер.

Протопопов чрезвычайно удручен. Из тюремной библиотеки им выписаны духовные книги, за чтением которых он проводит целые сутки. При этом он все время причитает:

— Виден перст Божий...

Экс министр Макаров замкнут. Им выписан из тюремной библиотеки учебник физики Краевича, который он усердно изучает.

Курлов и Ренненкампф молчаливы и угрюмы.

Бывший председатель Совета министров кн. Голицын совершенно растерялся. Им послана из крепости на имя Временного Правительства заявление, что пост председателя совета министров ему был навязан, что он долго от этого поста отказывался и принял этот пост, боясь царского гнева. В настоящее время, после отречения Николая II и Михаила Александровича, он открыто и громогласно заявляет о своем присоединении к Временному Правительству.

Бывший председатель Государственнаго Совета И. Г. Щегловитов старается проявлять внешнее спокойствие и держится как послушный арестант.

Доктор Дубровин все время выражает открытое недовольство.

Хабалов угнетен и уверяет всех в своей невиновности.

Б. военный министр Беляев продолжает утверждать, что его арест—недоразумение, временами он плачет.

Сухомлинов внешне спокоен, просит лишь о предоставлении ему минимальных удобств.

Маклаков занимается ручной гимнастикой.

Горемыкин за последние дни сильно постарел, жалуется на неудобства. Ему разрешен белый хлеб.

***

МОСКВА, 10 марта. «Утро России» сообщает, что первый вопрос, с которым арестованный граф Фредерикс обратился к бывшим в павильоне лицам, был:

«А вино у вас здесь дают?».

Ответ был отрицательным.


Рассказ вел. кн. Павла Александровича

МОСКВА, 12 марта. Вел. князь Павел Александрович в беседе с сотрудником «Раннего Утра» об убийстве Распутина и связанных с ним событиях рассказывает следующее:

«Убийство Распутина совершено было после совещания, происходившего в поезде Пуришкевича; в совещании этом участвовал и вел. кн. Дмитрий Павлович. Распутин убит кн. Юсуповым и Пуришкевичем. Узнав, что отдано распоряжение о высылке Дмитрия Павловича в Персию, я побежал во дворец, но бывший Император не принял меня и заявил лакею: «передайте ему, что мне некогда».

Среди провожавших Дмитрия Павловича при отъезде его была дочь моей жены—г-жа Дерфельден, которая той же ночью после обыска была подвергнута домашнему аресту. Распоряжение об аресте и обмене подписано Протопоповым после спиритического сеанса, состоявшегося у Добровольского, где этого ареста будто бы потребовал дух Распутина.

Накануне революции Александра Федоровна дважды вызывала меня во дворец, но я не пошел. 1-го марта у меня в квартире был написан проект манифеста о полной конституции. Этот манифест должен был подписать бывший Император. Заручившись подписями Кирилла Владимировича и Михаила Александровича, я подписался сам и отправился в Гос. Думу, где вручил манифест под расписку Милюкову, а затем пошел во дворец, где увидел Александру Федоровну.

На вопросы ее: «где мой муж?» и «что делать?» я передал ей содержание манифеста и она его одобрила. 3-го марта я опять вызван был во дворец и прочел Александре Федоровне сообщение газет об отречении императора от престола. Она об этом ничего еще не знала и говорила:

«все это враки, газетныя выдумки. Я верю в Бога и армию - они нас еще не покинули».

Мне пришлось разъяснить, что армия присоединилась к движению, и Александра Федоровна лишь тогда поверила и может быть в первый раз, поняла, к чему она, Распутин и Протопопов привели страну и монархию».

Заявление великих князей

МОСКВА, 13 марта. «Вечернее Время» передает, что в Москве и в Петрограде держится слух, что в самом непродолжительном времени появится сообщение за подписью всех великих князей, что они отказываются от всяких притязаний на престол. (Соб. кор.).

Беседа с Великим Князем Александром Михайловичем

14 марта, в беседе с представителями печати, Великий Князь Александр Михайлович поделился своими взглядами на текущие события.

«То, что сейчас происходит, сказал Великий Князь, далеко не является таким неожиданным. Скажу даже более того, неизбежность происшедших событий вполне очевидно определилась уже в конце прошлого года. Было ясно, что требовались немедленные меры к тому, чтобы коренным  образом изменить приемы управления государственной жизнью, путем привлечения к власти элементов, пользующихся доверием страны, и устранения влияния тех тайных сил, какие окружали трон и произволом которых создавалось действительно невыносимое положение.

В этом направлении и было написано посланное мною бывшему Императору письмо с просьбою вникнуть в серьезность создавшейся обстановки. Об этом же в декабре я говорил с Протопоповым, но он стоял за то, что никакие послабления не допустимы, что запретительные меры относительно работы общественных организаций земского и городского союзов и военно-промышленного комитета должны остаться в полной силе. Он указывал на то, что в этих организациях много левых. Но причем тут взгляды, если они не за страх, а за совесть работают на благо страны?

Так или иначе, но влияние темных советников восторжествовало, ибо оно в тысячи раз превышало наше. Я не виню в этом Государя, так как здесь обстановка оказалась сильнее. Он человек, горячо любящий родину, редкой души. Я с ним виделся уже после отречения и помню наш разговор при прощании, когда он сказал, что он не обращает внимания на то, что престол для него потерян, лишь бы отречение принесло благо родине.

И вот про этого человека в газетах сообщают такие непроверенные сенсационные вещи, будто он изменник, будто он хотел открыть границу немцам. Между тем, глубокое убеждение всех его знающих, что он искренний патриот, а если на него падает вина, то только за неудачный подбор правительства.

Что касается отношения моего к новому строю, который фактически в данную минуту является республиканским, то я, как человек верующий, смотрю на него с особой точки зрения христианской морали. Я твердо убежден, что если проводимая духовная реформа достигнет своей цели и привьет стране истинно христианские основы миросозерцания, то новоявленная свобода послужит на благо нашей родине, ибо если она не забудет Бога, то и Бог ее не оставит.

Русская душа по самой своей натуре такова, что к ней наиболее применимо учение Христа и в ней свобода может найти внутреннее, а не только внешнее свое проявление. С моей точки зрения и республиканский строй может быть хорош. Но Россия, населенная многими народами, должна иметь своего представителя при наличности даже всем данных свободы, полной свободы. Это, так сказать, республика с царем. Ибо царь,— это флаг народа перед миром.

Что меня, как успевшего полюбить Киев, радует, это сознательное отношение его к совершившемуся перевороту. Приятно, что население приняло известие о нем сознательно и в полном порядке. Никаких эксцессов не было. Не было посягательств и на престиж церкви. Я смотрю светло на будущее. Я глубоко верю, что Россия выйдет обновленной и победительницей, но лишь при условии той внутренней духовной свободы, о которой я говорил. Сейчас мы еще далеки от этой свободы, ибо истинная свобода характеризуется полной терпимостью и свободой обеих сторон.

Что касается лично меня, в частности моего служебного положения, то мне, конечно, страшно тяжело и невыносимо грустно покидать свою службу, на которой я провел 32 года. Я, русский человек, гражданин своего отечества не могу слушать, не могу трудиться в том деле, с которым так сроднился. Но если таковы соображения нового правительства и оно считает это необходимым, я подчиняюсь и не хочу мешать.

Я далек от всякой политики и отстранился от нее еще с 1906 года. Объявление Сербии ультиматума застало меня в Париже. Через Будапешт и Констанцу я спешно выехал на фронт. Сначала я был в Любляне, а затем был послан с донесением командующего армией к Верховному Главнокомандующему и там получил назначение на настоящее место. С тех пор я работаю для развития нашей авиации и рад видеть, что мои труды принесли желанные результаты в такой важной и необходимой отрасли военного дела. Теперь со спокойной совестью я могу передать это дело в другие руки, раз это признано необходимым».    

Протопопов и Александра Федоровна

МОСКВА, 14 марта. «Раннее Утро» сообщает, что в доме одного из бывших министров внутренних дел рассказывали, что Протопопов уверил Александру Федоровну, будто она может сыграть в России роль Екатерины Второй. Протопопов должен был расчистить для этого путь и довести до возможного предела обострение конфликта с Думой и общественными элементами, а затем, при помощи сильного давления из Берлина, предполагалось произвести переворот. (Соб. кор.).


Родственный визит

На днях состоится совещание некоторых членов царской фамилии, намеревающихся хлопотать о разрешении иметь свидание с Николаем II. Предполагают обратиться к А. И. Гучкову и надеются, что коллективный родственный визит будет разрешен при условии, что свидание состоится в присутствии начальника Александровскаго дворца и специально командированного для него одного из членов Государственной Думы.

Бывший Император на прогулке

МОСКВА, 15 марта. Из Петрограда сообщают, что во время одной из прогулок Николай II увидел на снегу кровь. Испуганный, он скороговоркой спросил прапорщика Верина:

—Почему здесь кровь?

Оказалось, что в тот же день поутру часовой по ошибке застрелил одного из нескольких ручных оленей, бродивших по парку.

Бывший царь и ген. Поливанов

Царь  из всех своих генералов наибольшую неприязнь питал, несомненно, к бывшему военному министру А. А. Поливанову. Незадолго пред отставкой Поливанова был изготовлен указ с благодарностью генералу за его труды по управлению военным министерством. Этим предполагалось позолотить пилюлю об отставке, но Николай, перечеркнув указ, сделал крупную пометку:

"Не за что".

Об отставке А. А. Поливанов был уведомлен личным письмом бывшего царя, в котором Николай объяснил отставку несогласием с Поливановым в оценке работы на армию общественных организаций, сделанной министром.

Отъезд вдовствующей Императрицы Марии Федоровны в Ливадию

ПЕТРОГРАД. 15 марта. По сообщению «Бирж. Ведом.», временное правительство постановило удовлетворить просьбу находящейся в Киеве вдовствующей Императрицы Марии Федоровны о разрешении ей переехать на жительство в Ливадию, при условии отправки с тем же поездом, что и Великий Князь Николай Николаевич, и под присмотром комиссаров.

Кшесинская

МОСКВА, 17-го марта. Вчера балерина Кшесинская явилась к А. Ф. Керенскому и заявила, что она не думала скрываться и готова отдать себя в руки властей.

Керенский ответил, что надобности в ее аресте пока не встречается, и предложил ей дать подписку о невыезде. Кшесинская просила дать ей удостоверение, что она не подлежит аресту. Она дала подписку о невыезде и получила просимое удостоверение, что она не подлежит аресту.

Помешательство Вырубовой

ПЕТРОГРАД, 16 марта. По сообщению «Русской Воли», родные Вырубовой возбудили ходатайство о созыве консилиума психиатров, в виду признаков ее помешательства на религиозной почве.

Арест фрейлины Вырубовой

ПЕТРОГРАД, 22 марта. В Таврический дворец под конвоем доставлена из Царского Села известная фрейлина А. А. Вырубова. Через несколько минут Вырубова, вместе с супругой бывшего военного министра Сухомлинова, под конвоем, перевезена в Петропавловскую крепость. Обе арестованные помещены в Трубецком бастионе.

Допрос А. А. Вырубовой

24-го марта, в 4 часа дня, А. А. Вырубова была доставлена под охраной из министерского павильона в здание министерства юстиции. В начале пятого часа начался допрос, которым руководил лично А. Ф. Керенский. А. А. Выробова, войдя в кабинет Керенского, заявила:

— Прошу вас освободить меня. Это недоразумение, это навет моих врагов.

— Я не для этого пригласил вас сюда, сказал министр юстиции,—и прошу вас сперва ответить мне на несколько вопросов.

Допрос длился около 40 минут. Между прочим, во время допроса касались истории знакомства А. А. Вырубовой с Распутиным и ее взаимоотношения с Александрой Федоровной. А. А. Вырубова утверждала, что с Александрой Федоровной она одно время не виделась больше года, живя в Александровском же дворце.

 

 

 

Еще по теме:

Революция. 1917 год. Предисловие

.............................................................................

Распутин и царский дом

Революция. Петроград 2 марта. Великая хартия свободы

Революция. Петроград 3 марта. Отречение великого князя Михаила Александровича

Революция. Ликвидация монархии. Политическое обозрение

Революция. Подробности отречения и ареста Николай II

Революция. Март 1917 года. Николай II и Александра Феодоровна

Николай II. Последние дни царствования (из рассказов приближенных)

Великий князь Николай Михайлович об бывшем Императоре Николае II

Русская революция. Бывший император и императрица в Царско-Сельском дворце

Великие князья и княгини и революция (март 1917 года)

Николай ІІ от восшествия на престол до ареста (март 1917 г.)

Революция и царская семья (март 1917 г.)

К судьбе царской фамилии и его приближенных (март 1917 г.)

Николай ІІ и семья в Царском Селе (март 1917 г.)

Охрана Николая Романова (апрель 1917 г.)

Николай II и придворная камарилья

Об избирательных правах дома Романовых. Особое мнение (июнь 1917 г.)

«Царские игрушки»

Отъезд Николая II и его семьи из Царского Села

Прибытие Романовых в Тобольск (август 1917 г.)

 

Категория: Как это было | Просмотров: 151 | Добавил: nik191 | Теги: 1917 г., март, революция | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz