nik191 Среда, 08.02.2023, 04:24
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [945]
Как это было [663]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [234]
Разное [21]
Политика и политики [243]
Старые фото [38]
Разные старости [71]
Мода [316]
Полезные советы от наших прапрабабушек [236]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1579]
2-я мировая война [149]
Русско-японская война [5]
Техника первой мировой войны [302]
Революция. 1917 год [773]
Украинизация [564]
Гражданская война [1145]
Брестский мир с Германией [85]
Советско-финская (зимняя) война 1939-1940 годов [86]
Тихий Дон [142]
Англо-бурская война [258]
Восстание боксеров в Китае [82]
Франко-прусская война [119]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2021 » Январь » 31 » Из Воронежа (январь 1871 г.)
05:05
Из Воронежа (январь 1871 г.)

 

 


Провинция на железном пути

 

(Письма из Воронежа)

 

X.

 

Праздники в провинции. —Влияние их на людей труда. —Частная лечебница для приходящих. —Предстоящие улучшение земской больницы. — Собственное изобретение земской управы, по вопросу о народном образовании. — Отношение земства к воронежско-грушевской дороге. — Избрание председателя земского собрания и городского головы. — Милые танцовщицы и другие удовольствия города Воронежа.

 

Знаете ли вы, читатель, что такое большой праздник в провинции, например, Рождество или новый год?

Это симптомы застарелых русских болезней, каковы: визитомания, делание долгов и всякое беспутное убиение времени под предлогом отдыха или уважения к празднику. В существе дела никакого отдыха, даже для тех людей, кому отдых действительно нужен, не выходит, напротив, люди, занятые службой, после праздника являются к отправлению своих обязанностей не с возобновленными силами, не с освеженной энергией, а утомленные, отощавшие, не выспавшиеся, вялые и работа, от которой они отстали в продолжение праздников, кажется им медведем.

Вы скажете, что они если не трудились, то наслаждались, что устали от наслаждения, которое, мол, так же необходимо, как и труд: в том-то и дело, что они даже и не наслаждались. Что же они делали? Да просто суетились без толку, воду толкли, отдавали дань старым российским обычаям и приличиям: делали визиты, присутствовали на разных балах и вечерах, наряжались, принимали знакомых, поздно ложились спать, тратились, расстраивали свои желудки, нервы и мозг -вот и все. Толчение воды хоть дело и пустое, которое нельзя назвать ни трудом, ни наслаждением, все-таки утомляет и отдыхом тоже никак не может быть названо. Натурально, что после такого занятия люди чувствуют усталость, упадок сил, пустоту в голове, а если к этому прибавить пустоту в кармане и сознание вновь выросшего долга, то убийственное влияние большого праздника на русского провинциала будет вполне ясно.

Да неужели, скажет читатель, «Провинция на железном пути» все та же русская провинция, какой мы знавали ее лет двадцать тому назад? Во многих отношениях, читатель она все та же и времяпрепровождение праздников к ней сохранилось неприкосновенным: 7 января в Воронеже можно было видеть заспанных, истощенных и туповатых физиономий, никак не меньше, чем в каком-нибудь Петрозаводске или Царевококшайске, и чиновников, не явившихся на службу, по случаю праздничного истощения сил, под предлогом отдыха, в Воронеже в этот день было никак не меньше, чем в каком-нибудь русском захолустье, из которого хоть три года скачи, ни до какого царства не до скачешь.

Но не надо думать, что новый год только и ознаменовался в Воронеже обычным загулом и истощением сил: в провинции на железном пути все-таки бывают новости, которых не знает родная глушь.

Новостью наступившего года была открытая с 1 января частная лечебница для приходящих больных, предприятие шести местных врачей, заслуживающее внимания и сочувствия. Лечебница устроена на лучшей улице (большой Дворянской); внешность ее, обстановка и устройство вполне удовлетворительны.

Цель ее, во-первых, доставить жителям Воронежа возможность пользоваться, как для распознавания болезней так и для лечения некоторых, новыми способами и средствами, которые до сих пор в Воронеже или вовсе не применялись, или применялись в миниатюрных размерах, как и в большинстве русских провинциальных городов; во-вторых, дать возможность людям с умеренными средствами пользоваться не только советами врача, но и консилиумами, так как в лечебнице принимают участие шесть врачей и одна акушерка; в-третьих, дать возможность бедным людям пользоваться бесплатно медицинскими советами и пособиями.

При лечебнице устроены: пневматический (лечение сжатым воздухом) и электрический кабинеты; прием больных — ежедневный за исключением воскресных и праздничных дней, от 9—10 утра бесплатный, от 12—2 и от 6 - 8 с платой по 50 коп. с больного; больных принимают поочередно врачи: Акимов, Михайловский, Сприман, Тростницкий и Федяевский. Плата за консилиум определена 5 руб., за электрический сеанс 1 р., за пневматический—3 р., но ценность сеанса уменьшается соразмерно их числу: 10 сеансов 20 р , 50— 65 р., 100—125 р.

Первые недели по открытии лечебницы, как и следовало ожидать, не дали значительного числа посетителей, не только с платой, но даже и бесплатных. Всякие новинки в наших провинциях, даже и на железном пути, принимаются туго, возбуждают какую-то странную недоверчивость. По-видимому, как ни ясна полезность дела: и устроено все удобно, хорошо, дельно, и лучшие местные врачи принимаю больных, и ценность лечения значительно понижена против обыкновенного, т. е. лечения с приглашением врача на дом, нет, все-таки недоверчивый провинциал и жеманная провинциалка чего-то опасаются, почему-то предпочитают лечиться у одного из тех же врачей но непременно на дому;

«лечиться в больнице! как это можно! толкуют они: на дом к врачу я пойду, а в больницу -  ни за что на свете! лучше втрое заплачу, но не пойду!»

Само собой разумеестся, что такое отношение к почтенному предприятию воронежских врачей не будет продолжительно: здравый смысл и очевидная выгода возьмут свое: но первые месяцы, а может быть и первый год, едва ли принесут учредителям вознаграждение за труд, хорошо если они дадут хотя умеренный процент на затраченный капитал, за покрытием расходов, которые в Воронеже, при дороговизне квартир и отоплении, не могут быть маловажны для лечебницы.

В связи с известием о полезном частном предприятии, будет кстати сказать несколько слов о здешней земской больнице, для которой, кажется, скоро настанет лучшее время. До сих пор она находилась в положении весьма незавидном, но 1870 г. ей посчастливил: в этом году она нажила нового, энергичного, деятельного, старшего врача, доктора медицины Федяевского, а для улучшения ее внешнего устройства, без чего все врачебные средства, все звания и все усердие врачей принесли бы мало пользы, последнее земское собрание, согласно докладу управы, ассигновало 20,000 единовременного расхода.

Нельзя не порадоваться, что Воронежская земская управа, наконец, хотя по некоторым вопросам, начинает проявлять действительное стремление что нибудь сделать и понимание, что паллиативные меры, замазыванье щелей гнилого здания, да заштопывание дыр истлевшего платья, мало принесут пользы.

Хорошо, кабы так же прояснились взгляды воронежского земства и по другим вопросам его деятельности. К сожалению, это пока нельзя сказать, как мы увидим ниже. Но прежде, нежели перейдем к другим вопросам, докончим речь о больнице. Кроме ассигновки 20,000 на радикальное преобразование внешнего устройства больницы, последнее земское собрание пришло к мысли о необходимости пригласить хорошего психиатра и поручило управе рассмотреть зтот вопрос с финансовой стороны. Опять предположение почтенно, хотя приискание хорошего психиатра дело весьма трудное, так как специалисты и дельные люди по этой новой отрасли медицинской науки на счету. Во всяком случае, нельзя не пожелать, чтобы благое намерение земства осуществилось, потому что люди, страдающие душевными болезнями, у нас страдальцы вдвойне: они столько же страдают вследствие лечения и образа жизни, какой им приходится вести в больницах, сколько и от болезни.

Совершенно туманное отношение обнаружило земство к вопросу о народном образовании. Мы уже говорили о состоянии земских педагогических курсов и о совершенно индифферентном отношении земских деятелей к положению этого учреждения. Ныне, согласно докладу управы, земское собрание делает новый ошибочный шаг, предполагая помочь делу народного образования, получив сведения, что некоторые земства устраивают летние учительские съезды с целью улучшения и объединения методов и приемов школьного обучения, управа подвергла эту практичную и в высшей степени полезную меру разбору и пришла к тому заключению, что устройство подобных съездов в Воронеже невозможно, так как негде взять педагога, который взялся бы читать сельским учителям лекции педагогики.

Посему управа предложила, вместо съезда, меру собственного изобретения, а именно: для наблюдения за ходом обучения в школах, пригласить трех постоянных педагогов, с жалованьем по 1,500 р. в год которые должны будут давать преподаванию надлежащее направление. Собрание согласилось с мнением управы и ассигновало на этот предмет требуемые 4,500 р. Сравним же изобретение воронежской управы с отвергнутой мерой и обсудим, не лучше ли было бы, если бы управа воздержалась от собственных изобретений.

Во-первых, для съезда вовсе нет надобности в лекциях педагогики, — нужен путеводитель, который, при хорошем общем образовании, был бы хорошо знаком с методами и приемами начального школьного обучения, не только в теории, но и на практике; во-вторых. удовлетворительного руководителя с этой точки зрения для съезда всегда найти можно, если не в Воронеже, то в Петербурге: так, некоторые петербургские педагоги в прошлом году охотно предлагали земствам свои услуги бесплатно и земства, понимающие дело, воспользовались их услугами; в-третьих, само сближение между учителями, в среде которых, конечно, найдется хотя три-четыре дельных, полезно в высшей степени, (припомним съезд учителей Александровского уезда, Екатеринославской губернии, устроившийся по инициативе барона Н. А. Корфа и подробно описанный в «С. Петербургских Ведомостях»); в-четвертых, съезд потребовал бы далеко не 4.500 р.

Посмотрим теперь другую сторону медали. Для того, чтобы предполагаемые руководители были действительно полезны, необходимо, чтобы они удовлетворяли тем же требованиям, которые применяются к руководителю съезда; как же это управа, полагающая невозможным найти одного руководителя, считает невозможным найти трех? Мудрено. Руководителем съезда может быть лицо приезжее, занимающее какое-нибудь место и свободное от занятий летом, а постоянные руководители предполагаемые управой, должны совсем переселяться в Воронежскую губернию, отказавшись от всяких других обязанностей; неужели, по мнению управы, она скорее найдет  таких руководителей?

На съезде все сельские учители работали бы вместе, обменивались бы мыслями и воспользовались указаниями руководителя, а теперь они изредка будут видеть какого-то ревизора. если только этот ревизор не будет пенсионером, спокойно проживающим в губернском городе, вроде инспекторов училищ. Предоставляем самому читателю сделать вывод, кукушку ли на ястреба, или ястреба на кукушку променяло воронежское земство, поддавшись внушениям мудрой управы, которая полагает, что трех дельных людей легче найти, нежели одного.

Стоит еще упомянуть об отношения земского собрания к вопросу о воронежско-грушевской железной дороге: раньше оно заявляло самое горячее желание, чтобы эта дорога шла от города Воронежа, и поручило управе всеми мерами содействовать этому; ныне, когда дорога строится именно против этого желания и Воронеж остается в стороне, оно заявило за это управе свою благодарность... Поймите, после таких неожиданностей, желание и отношение к интересам края наших земских людей!..

Чтобы покончить с земством, сообщим кстати что на выборах, бывших в конце 1870 г., губернским предводителем дворянства и председателем губернского земского собрания остался Л. И. Шидловский получивший 105 белых шаров и ни одного черного.

Подобное же постоянство обнаружили воронежцы и на городских выборах, о характере которых мы уже говорили в последнем письме; финалом их было избрание городского головы, совершившееся на днях: избран тот же местный богач-купец С. Л. Кряжов, который был головой и при старых порядках. Да, воронежцы умеют ценить ум и гражданские доблести своих сограждан.

В заключение скажем об удовольствиях которыми пользуется Воронеж в последнее время: во-первых, в театре он наслаждается удивительными танцами двух балерин, выписанных антрепренером театра г. Лаухиным, для украшения своей жалкой труппы, должно быть, с какой-нибудь ярмарки, потому что такого цинизма, соединенного с полным отсутствием всякой грации, нигде видеть нельзя, кроме ярмарочных балаганов; во-вторых, около двух недель Воронеж дивится чудесам, которые творит в зале военной гимназии московский волшебник (попросту - фокусник) г. Беккер: наконец, в-третьих.... но это третье мы уж отделим от гг. Лаухина и Беккера точкой. 17 января здесь давали второй концерт—певица Хвостова и пианистка Щетинина: обе доставили жителям Воронежа много наслаждения... хотя и меньше, нежели г. Беккер.

 

Всемирная иллюстрация : Еженед. илл. журнал, № 5 (109) - 30 января - 1871.

 

 

Еще по теме:

 

Из Воронежа (январь 1870 г.)

Из Воронежа (апрель 1870 г.) Часть 1

Из Воронежа (апрель 1870 г.) Часть 2

Из Воронежа (май 1870 г.)

Из Воронежа (июнь 1870 г.)

Из Воронежа (сентябрь 1870 г.)

Из Воронежа (октябрь 1870 г.)

Из Воронежа (ноябрь 1870 г.)

Из Воронежа (декабрь 1870 г.)

Из Воронежа (январь 1871 г.)

Из Воронежа (март 1871 г.)

 

 

Категория: Как это было | Просмотров: 115 | Добавил: nik191 | Теги: Воронеж, 1871 г. | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2023
Бесплатный хостинг uCoz