Польский вопрос (1916 год) - 16 Ноября 2016 - Дневник - Персональный сайт
nik191 Четверг, 08.12.2016, 23:06
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [158]
Как это было [300]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [10]
События [49]
Разное [17]
Политика и политики [21]
Старые фото [36]
Разные старости [26]
Мода [180]
Полезные советы от наших прапрабабушек [220]
Рецепты от наших прапрабабушек [162]
1-я мировая война [1107]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [228]

» Друзья сайта
  • Хочу квартиру
  • Наши таланты
  • История и современность

  • » Архив записей

    » Block title

    » Block title

    » Block title

    Главная » 2016 » Ноябрь » 16 » Польский вопрос (1916 год)
    06:48
    Польский вопрос (1916 год)

     

    Так уж повелось в мировой истории, что во время любых столкновений в Европе одним из основных вопросов, стоявших на повестке дня, был польский вопрос. Не остался он в стороне и во время первой мировой войны.

    О этом материалы из газет и журналов конца 1916 года.

    Во всех материалах по старым газетам и журналам сохранена стилистика и орфография того времени (за исключением вышедших из употребления букв старого алфавита).

     

     

    ПОЛЬСКИЙ ВОПРОСЪ

     

    Германская Польша


    Германия на днях издала новый торжественный акт из числа тех своих политических документов, которые сам Бетман Гольвег в германском рейхстаге так метко назвал «клочками бумаги». Эта характеристика немецкой политики как нельзя лучше подходит к данному случаю.

    Если мы на страницах нашей военной газеты считаем нужным отметить этот акт, то главным образом потому, что по существу своему он не является вовсе политическим документом, а чисто военным мероприятием. Ни одному мыслящему человеку в Европе, будь он русский, поляк, немец или вообще подданный воюющаго или нейтральнаго государства, не придет в голову дикая мысль, что Германия, поставившая новейшаго Альбу в лице фон Биссинга во главе управления Бельгиею, собирается облагодетельствовать поляков и создать на своей границе самостоятельное польское государство, к которому всею силою своей души будет тяготеть польское население онемечиваемой Познани, где полякам запрещено было даже между собою говорить на своем родном языке.

    Пруссия слишком проникнута созданием своих государственных интересов, чтобы сделать это, и слишком хорошо помнит заветы Фридриха II. Слишком свежа еще в памяти судьба Восточной Румелии, населенной болгарами и после Сан-Стефанскаго договора при образовании болгарскаго княжества оставшейся под властью Турции.

    Но если бы в Европе еще находились лица, настолько ослепленныя или увлеченныя несбыточными мечтами, то немецкия намерения относительно Польши самым ярким образом освещаются самими австро-германскими министрами Бурианом и Бетманом-Гольвегом, которые, как гласят телеграммы нашего агентства, на высказанныя польскими делегатами пожелания, в один голос заявили, что теперь война и обо всем этом— «потом».

    О государственном устройстве новой Польши— потом, о границах и конституции ея—тоже, о польских войсках и об отношениях ея с германской империей—также потом. А теперь мы вам дадим немецкаго короля, который декретом объявит набор поляков в германскую армию, так как мы под могучим натиском «половины Европы» (слова Вильгельма в обращении к солдатам на Сомме) изнемогаем и настоятельно нуждаемся в солдатах для пополнения неслыханных потерь.

    А «потом», т. е. в совершенно невероятном случае окончательной победы Германии, тот же Бетман Гольвег снова в рейхстаге при громком одобрении своих тевтонских слушателей заявит, что

    «высшие государственные интересы империи требуют полнаго объединения и слияния с нем новой Польши, на подобие Познани, а акт 23-го октября 1916 г.,—это был только «клочок бумаги!»

    Затем возьмется за дело «немецкая культура», которая в сравнительно короткое время справится с онемечением своих новых подданных Германии и через столетие, а может быть и ранее, от польскаго народа останется одно воспоминание.

    Повторяем, помимо попутнаго желания навредить России возбуждением вновь польскаго вопроса и наделать нам множество воображаемых хлопот, последнее выступление немцев—мероприятие чисто военное, ярко свидетельствующее об истощении запаса людей у нашего главнаго противника. На такую военную меру может быть только один «военный» ответ— сосредоточение громадных сил России в направлении Ковеля и быстрое движение на Брест и Варшаву в видах охранения государственных интересов России и спасения братскаго польскаго народа, которому воззванием Главнокомандующаго гарантировано самобытное существование и развитие в тесном единении со старшим братом славянских народов—великой и могущественной Россией.

    Мы говорим только о Германии, потому что Австро-Венгрия—это только пристяжная, полузадохшаяся и хромая, вскачь едва поспевающая за своим германским коренникам, для получения которым «военнаго приза» она и другие союзники германцев надрываются до последняго издыхания. Только решительною победою над Германией могут быть спасены Балканския государства—Румыния, Сербия и Черногория, а также Болгария и Греция, которых Россия и ея союзники, как некогда спасли от турецкаго ига, теперь должны спасти от немецкаго дурмана.

    М. Б.

     

    Мнения депутатов Государственной Думы


    Только что объявленный в Варшаве и Люблине акт о превращении русской Польши в самостоятельное государство служит, по словам «Русск. Вед.», в Таврическом дворце предметом оживленных разговоров.

    Депутаты без различия направлений смотрят на него, как на грубый обман со стороны австро-германцев, как на предлог с их стороны пополнить свои истощенные резервы теми несколькими сотнями тысяч солдат, которые может поставить русская Польша. Они не отрицают всей серьезности значения этого события и для дальнейшаго хода военных действий и для самих русско-польских отношений, но выражают сожаление, что наше правительство позволило центральным империям предупредить себя в этом отношении, что оно так долго колебалось и медлило со своим заявлением о широкой автономии Царства Польскаго.

    Депутаты с горестью вспоминают, что о необходимости этого заявления не раз говорилось с думской трибуны, что на все указывала по своем возвращения из-за границы и русская парламентская делегация, что на ней настаивал и бывший министр иностранных дел С. Д. Сазонов, но что по настоянию Б. В. Штюрмера С. Д. Сазонов из-за разногласия с ним по этому вопросу должен был выйти в отставку, а сам Б. В. Штюрмер, как противник автономии Польши, отложил польский вопрос, за его якобы несвоевременностью, в дальний ящик и тем дал центральным империям возможность осуществить свой маневр.

    Приводим мнения наиболее видных депутатов по этому вопросу.

    П. Н. Милюков.

    Опубликованным в Варшаве и Любляне актам о создании Польскаго королевства нельзя не придавать серьезнаго значения. Конечно, и Австрию и Германию побудило издать эти акты прежде всего желание во что бы то ни стало получить новую армию в 500—700 тыс. человек. С политической точки зрения значительная доля вины за то, что произошло сейчас, лежит на руководителях политики держав согласия, и главным образом на руководителях России. Представители русскаго общества, и в особенности прогрессивной его части, с самаго момента опубликования воззвания великаго князя Николая Николаевича настаивали на необходимости осуществить обещания этого акта, не дожидаясь конца войны.

    Но, к сожалению, курс нашей нынешней политики летом этого года после ухода С. Д. Сазонова изменялся, к сейчас произошло то, что представители русскаго общества предсказывали: мы опоздали. То обстоятельство, что Германии и Австрия не прибавили к территории новаго Польскаго королевства ничего из германских и познанских земель, и туманное определение будуших границ королевства ясно показывает, что австро-германцы сами не особенно верят в прочность создаваемаго ими новаго государства и руководствуются лишь соображениями военнаго характера.

    Если бы это было иначе, то они присоединили бы к нему, по крайней мере, Краков, так как они отлично понимают, что образование королевства из однех оккупированных русских областей не удовлетворит поляков, и не решает польскаго вопроса. С точки же зрения осуществления польских идеалов Краков дороже даже Варшавы, и, если бы центральныя империи действительно захотели разрешить польский вопрос, оне должны были включить в состав Польскаго королевства, по крайней мере, западную Галицию с Краковом, который для поляков является своей Москвой.

    На австро-германский акт державы согласия, и главным образом, конечно, Россия, должны немедленно ответить опубликованием своего решения будущих судеб польскаго народа. Этот акт значительно облегчил бы положение поляков, проживающих вне пределов оккупированной части Польши, и дал бы им твердую опору для ориентации в пользу держав согласия, ибо теперешнее положение этих поляков надо считать чрезвычайно затруднительным.

    Ф. И. Родичев

    — Опубликованный акт,—говорит он,—это—только вывеска для набора, флаг, под которым провозится контрабанда для набора солдат в австро-германския армии. Я не допускаю мысли, чтобы поляки согласились идти в солдаты для участия в рядах армии центральных империй. Польское сердце не захочет купить фиктивную независимость, не захочет покупать этот обман кровью своих детей, сражающихся против своих же братьев. Автономия, данная во время Россией, была бы для поляков ценнее, чем нынешний акт австро-германскаго правительства, а честное соблюдение автономии лучше всего показало бы полякам, как нужно относиться к нынешней австро-германской вывеске, и открыло бы им глаза, где их друзья и где враги.

    В. В. Шульгин

    — Шаг, сделанный австро-германской дипломатией, нельзя, конечно, к сожалению, не признать чрезвычайно ловким и умным. В ряды армий германской коалиции вольется прежде всего новая армия в 500—700 тыс. человек. Вина за этот вредный для дела держав согласия шаг лежит на русской дипломатии. Если поляки без протеста дадут им требуемую армию, то, конечно, они в этом случае не будут иметь права рассчитывать даже на автономию. С новым королевством придется поступить сообразно правилам войны.

    Если же союзники, и в частности Россия, будут иметь в своих руках столь же твердыя данныя о том, что поляки подчинились лишь насилию, то, конечно, поляки в праве настаивать на осуществлении воззвания великаго князя. Требовать от поляков, живущих в пределах оккупированной Польши, яркаго выражения своих антинемецких чувств мы не можен, но поляки, проживающие вне Польши, могут громко протестовать против этого насилия совести своего народа. Да и поляки внутри самой Польши могут найти средства подчеркнуть свое отношение к навязанной им независимости.

    Они могут затянуть выборы в сейм, потребовать отложения набора до конструирования Польскаго государства, т. е. потребовать, чтобы этот набор был сделан уже после созыва сейма, избрания короля и назначения правительства. Россия же может выйти из того положения, в которое ее поставил австро-германский акт, изменением принятаго в последнее время курса внешней политики.

    И. П. Демидов

    — Вопрос русской Польши должен был быть решен в момент объявления войны. Это понял великий князь и издал свое воззвание. Русское правительство этого не поняло и тем привело к ряду ошибок. Зарубежную Польшу правительство оттолкнуло, а русскую—потеряло, и польскии вопрос ушел из русских рук. С объявлением Германией самостоятельной Польши в пределах Царства Польскаго для Россия навсегда гибнет вопрос польской автономии и из внутренняго вопроса делается международным. Политика русскаго правительства привела к тому, что место разрешения польскаго, а с нам—славянскаго вопроса, быть может, пропасть углубилась. Выиграла от этого Германия.

    И. Н. Ефремов

    — Прочное установление самостоятельной Польши,—заявляет И. Н. Ефремов,—может быть основано исключительно на русской ориентации, а не на германской, так как Германия никогда не перестанет стремиться к милитаризации и порабощению Польши. С. И. Шидловский.

    — Опубликованный германскими властями акт есть провокация в самом чистом ея виде. Все аттрибуты независимаго государства,—свободное распоряжение своими средствами и, главным образом, смоими силами,— здесь отсутствуют. Будучи актом чисто военным, он с политической точки зрения ничего не изменяет в позиции держав согласия.

    Н. С. Чхеидзе

    — Поляков во все время войны использовали в той или иной мере. И нужно признать,—как это ни печально, быть может, для держав согласия, —что то использование поляков для своих целей, которое намерены произвести немцы в связи с провозглашением ими самостоятельности Польши, —не из самых неудачных.

    Д. Н. Чихачев

    Провозглашением самостоятельности Польши Австро-Германия осложнила для России разрешение польскаго вопроса. Теперь, когда Польша находится в руках немцев, Россия не может иметь точек соприкосновения с центральными империями. Но когда Польша будет очищена от враждебных армий, Россия должна будет объявить о своем решении польскаго вопроса, и самой выгодной формой будущаго устройства Царства Польскаго, с точки зрения России, было бы восстановление самостоятельности Польши, путем объединения всех трех частей бывшаго Польскаго государства с установлением общности некоторых учреждений его с Россией.

     

    Еще по теме:

    Война и русско-польские отношения (1916 год)

    Польский вопрос (1916 год)

    Немецкое возрождение Польши (1916 г.)

    Немецкое воззвание о Польше (1916 год)

     

     

    Категория: Исторические заметки | Просмотров: 41 | Добавил: nik191 | Теги: 1916 г., Польша, война | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    » Календарь

    » Block title

    » Яндекс тИЦ
    Анализ веб сайтов

    » Block title

    » Block title

    » Block title

    » Статистика

    » Block title
    senior people meet contador de visitas счетчик посещений

    » Информация
    Счетчик PR-CY.Rank


    Copyright MyCorp © 2016
    Бесплатный хостинг uCoz