nik191 Четверг, 17.08.2017, 22:06
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [221]
Как это было [348]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [53]
Разное [12]
Политика и политики [32]
Старые фото [36]
Разные старости [26]
Мода [236]
Полезные советы от наших прапрабабушек [227]
Рецепты от наших прапрабабушек [178]
1-я мировая война [1387]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [278]
Революция. 1917 год [260]
Украинизация [59]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2017 » Июль » 25 » Большевизм и контрреволюция (июль 1917 г.)
05:30
Большевизм и контрреволюция (июль 1917 г.)

По материалам периодической печати за июль 1917 год.

Все даты по старому стилю.

 

 

Большевизм и контрреволюция

Каждый раз, когда вожди социалистического большинства выступали с критикой большевиков-ленинцев, устно ли, или в печати, они тщательно оговаривались, что говорят не об идейном большевизме, с которым они не согласны, но который также уважают, как всякое честное мнение открытого противника, но лишь о большевиках, как о людях определенного строя мыслей и чувств, глубоко искажающего природу теоретических лозунгов идейного большевизма.

Эти оговорки были в свое время: конечно необходимы, в них звучала глубокая социалистическая вера в созидающую силу безусловно свободного слова, глубокое уважение к отдельным вождям большевизма, как к некогда видным фигурам русского социалистического движения, и наконец, тот энтузиазм доверия к течению революции, который так естественен, и даже больше, так обязателен для каждого органического революционера.

Но чем дальше шла революция, тем труднее и опаснее становилось делать эту оговорку. Термин идейного большевизма, за отсутствием всякой идеи в том, что делалось под знаком большевизма, все в большей и большей степени переставало покрывать собою какое бы то ни было содержание текущей действительности. Свой смысл он все более и более начинал обретать лишь в отношении к прошлому или к будущему, в отношении к памяти о бывших большевиках, в надежде на него, большевики настоящего времени когда-нибудь да опомнятся.

Ныне для каждого, кто знает вес словам вообще, и особенно вес слова ответственного деятеля в эпоху революции, такие оговорки становятся не только опасными, но прямо-таки преступными и соблазняющими.
Под знаком большевизма последние дни происходили вещи, которые вся революционная демократия, без малейшего колебания, заклеймила как предательство революции, как кровавый удар в спину нашей, с красными знаменами, наступающей армии, как измену России и всему трудовому народу.    

Эффект деятельности большевиков последние дни абсолютно совпал с эффектом деятельности прежней той стаи царских стервятников, что уже десятки лет кружат над больною Россией, и с эффектом деятельности немецких провокаторов и шпионов.

Раз это так (а в том, сто так никто сомневаться не только не может, но просто не смеет), то слова „идейный большевизм" должны быть немедленно изъяты из употребления.

Революция—эпоха волевых устремлений, эпоха стремительной действенности. Слова и лозунги, выдвигаемые революцией, должны потому характеризовать явления, о которых они говорят с их действенной стороны. Раз в результате деятельности идейных большевиков получается контрреволюционное движение, надо немедленно начать называть всех большевиков контрреволюционерами, а термин "идейного большевизма" на время резолюции сдать в архив, дабы он никого не вводил в заблуждение, и дабы не трепалось по грязи прекрасное слово „идея".

От правильного наименования вещей очень многое зависит. Борьба с идейными большевиками, называемыми, согласно их теперешнему облику, контрреволюционерами, гораздо понятнее для широких масс, чем борьба с ними, как с контрреволюционерами, называемыми по старой традиции „идейными большевиками".

Большевикам, если они не те горбатые, которых исправит только могила, давно пора понять, что в плане своего действенного проявлении, они или сконцентрированный яд, растворяющийся в мутной воде бессознательной уличной толпы, или сами мутная вода, в которой стремится раствориться сконцентрированный яд немецкого шпионажа, или, наконец, что вероятнее всего, и то и другое вместе; т. е. обманутые обманщики, революционеры в когтях реакции, реакционеры в масках революции.

Поняв это они должны испугаться, и те из них, которые еще чисты, для которых термин идейного большевизма еще не пустой звук, должны принять все меры к тому, чтобы вырвать социалистический идеал большевизма из когтей реакции и сорвать с контрреволюции маску социалистической революционности.
Сделать это в плоскости революционной практики—очевидно нельзя, ибо путь большевизма, как показали последние дни, обречен в этой плоскости на полное слияние с воздвигающейся контрреволюцией.

Вывод потому ясен, дабы отмежеваться от подымающей свою змеиную голову шипящей реакции, идейный большевизм, как таковой, должен отказаться от проведения в жизнь своих идеалов, в чем для него не должно было бы быть ничего неприемлемого или парадоксального, так как такой отказ в сущности предуказан основами научного марксизма, безусловными поклонниками которого слыли когда-то вожди нынешних большевиков.

Грань между большевиками и контрреволюционерами должна была бы в таком случае определиться так: идейный большевик, это большевик, подчиняющий свою революционную практику советскому большинству, над перерождением точки зрения которого он лишь теоретически работает, но не претворяющий своей теории немедленно в жизнь, дабы не слить это претворение с „творчеством" контрреволюции; контрреволюционер,—это тот же большевик но не подчиняющий своей революционной практики воле Совета, требующий немедленного проведения в жизнь своих лозунгов, и тем самым сливающий свою революционную практику с практикой контрреволюции.

О первых можно, пока что, забыть, ибо не время действенной революции помнить о сугубых теоретиках и бездейственных Гамлетах, о вторых необходимо неустанно помнить, ибо если забыть о них, то от русской революции может остаться одно только воспоминание.

Федор Степун.


Черная магия

«Биржевке» сообщают из «достоверных источников», что

«солдаты Преображенского полка находят крайне мягкими действия властей в деле арестов вождей большевизма и вдохновителей вооруженных выступлений на улицах столицы».

Мало того: по словам «Биржевки», преображенцы «недовольны такой мягкостью» и «заявляют», что должны быть приняты «более решительные меры» для окончательной ликвидация «всех большевиков».
Интересно, конечно, кому заявляли об этом преображенцы и кто уполномочил редакцию «Биржевки» помещать такое ответственное заявление.

Этот вопрос усугубляется тем, что как раз 10 июля в редакции «Дела Народа» являлись представители преображенцев, принесшие официальное заявление от полка с описанием его действий в последние дни.
Они протестовали против искажения действий полка буржуазными газетами и в частности... «Биржевкой».

Затем же «Биржевка» подсовывает преображенцам свои кровавые вожделения?

Или, соблазнившись неудавшимся анархическим выступлением, она хочет провоцировать анархию справа?

Осторожное, господа бульварные престидежитаторы!

Слишком уж ясна и откровенна ваша «черная магия».

Н. ЭЛЬСКИЙ.

Гаазе о Парвусе

Из официальных источников «Русск. Воле» сообщают:

Германский социал-демократ Гаазе, вождь левого крыла соц.-демократов— проездом из Стокгольма в беседе в Копенгагене с русским журналистом утверждал, что известный д-р Гельфант, он же Парвус, служит посредником между германским правительством и нашими большевиками и доставляет им деньги.

Погромная литература у кшесинцев

При обыске в особняке Кшесинской обнаружены довольно сенсационные документы.

Среди литературы обнаружена целая кипа прокламаций-открыток, на которых изложена история якобы ритуальных убийств. На открытке рисунок работы черносотенца-художника Злотникова, соответствующего погромного свойства.

При дальнейшем обыске были обнаружены еще целые груды погромной литературы, а также и порнографические книжки и картинки.
 

БОЛЬШЕВИКИ

 

Расследование А. Ф. Керенского, Н. В. Некрасова и М. И. Терещенко

7 июля министры А. Ф. Керенский, Н. В. Некрасов и М. И. Терещенко пожелали представить обществу свои объяснения по поводу обвинения в том, что они, яко бы, не опубликовали официальных данных контрразведки, устанавливающих связь Ленина и большевиков с германской агентурой, и пригласили к себе представителей печати.

Разъяснения, данные всеми тремя министрами, сводятся к следующему:

Расследование тайной связи, существующей между большевиками и германской агентурой, велось А. Ф. Керенским, Н. В. Некрасовым и М. И. Терещенко самым тщательным образом; в распоряжении министров накопилось большое количество документов и сведений, раскрывавших яркую картину зависимости лидеров большевизма от германских денег и от инструкций из Берлина.

Понимая, какое огромное значение имеют всестороннее расследование и правильное освещение всего дела, министры считали необходимым довести расследование до конца, обнаружив всех виновных, затем произвести необходимые аресты и только после этого опубликовать подробные данные по этому делу.  

Материалы, опубликованные  П. Н. Переверзевым, имеют ту слабую сторону, что составляют только незначительную часть добытых данных. Между тем, преждевременное опубликование этих сведений принесло делу разоблачения большой вред. Разглашение части сведений, бывших в распоряжении Керенского, Некрасова и Терещенко, привело к тому, что некоторые германские агенты, собиравшиеся приехать на днях в Россию, теперь, конечно, не приедут, а многие из тех, кого надо было арестовать, воспользовались обстоятельствами и скрылись.

В частности министры особенно сожалеют, что преждевременное опубликование Переверзевым сведений помешало приехать в Петроград одному очень видному германскому агенту, за которым особенно тщательно следила контрразведка и которому М. И. Терещенко с целью ареста его разрешил приехать в Россию.

М. И. Терещенко и Н. В. Некрасов удостоверяют, что они узнали об опубликовании Переверзевым документов только после того, как эти документы были напечатаны. Понимая, что дело уже непоправимо, они спросили, произведены ли, по крайней мере, необходимые аресты.

Получив отрицательный ответ, Терещенко и Некрасов не теряя ни минуты, отдали контрразведочному отделу распоряжение произвести немедленно все те аресты, какие по обстоятельствам окажутся возможными.

Распоряжение было исполнено. Контрразведочное отделение арестовало по заранее составленному списку всех германских агентов, которые еще не успели бежать или не подозревали, что они разоблачены.

Подтверждая все сказанное М. И. Терещенко и Н. В. Некрасовым, А. О. Керенский, со своей стороны, добавил:

— Я отправил в Петроград телеграмму, прося использовать все материалы, имеющиеся у правительства по делу о большевиках, при чем просил опубликовать эти материалы полностью в совершенно готовом и разработанном виде, чтобы обвинение было абсолютно веским, и чтобы обвиняемые не могли ни при каких условиях разбежаться и скрыться от правосудия. Я считаю, что карту, которую бил Переверзев, нужно было бить непременно. Но до опубликования сведений нужно было арестовать всех замешанных в этом деле лиц.

Из дальнейших разъяснений М. И. Терещенко и Н. В. Некрасова явствует, что они, в конце концов, даже не возражали против опубликования тех сведений, от разглашения которых настаивал Переверзев, но считали необходимым ограничиться только опубликованием показаний прапорщика Ермоленко, как неоспоримого документа. Особенное возражение встретило со стороны Терещенко и Некрасова лишь предложение Переверзева опубликовать одновременно сведения, относившиеся только к одной из замешанных в шпионаже особ, а именно—Суменсон.

Какое впечатление произвело на руководителей контрразведки опубликование Переверзевым части документов,— видно из того, что они в первый момент думали, что это дело рук германских агентов, решивших предупредить своих товарищей о грозящей им опасности.

Мотивы, изложенные П. Н. Переверзевым в беседе с представителями печати, о причинах его отставки, по словам Терещенко и Некрасова, неправильны. Объяснение Переверзевым своей отставки тем, будто правительство не давало ему возможности энергично осуществить правосудие и бороться, как следует, с представителями анархизма, неверно. На самом деле вопрос об отставке Переверзева был решен уже давно; причина отрицательного отношения правительства к его деятельности заключалась в том, что Переверзев проявлял в борьбе с анархией недопустимую слабость, и вся его деятельность в области осуществления правосудия не отвечала ни интересам, ни достоинству государства.

В заключение М. И. Терещенко и Н. В. Некрасов коснулись сведений о связи большевиков с германской агентурой и сообщили целый ряд данных, которые временно не могут быть оглашены в печати.

Из всего того, о чем рассказывали министры, сейчас можно сообщить только о связи, существующей между редакцией «Правды» и Берлином.

Расследование по делу большевиков продолжается двумя путями. Этим занялись специальная комиссия советов рабочих и солдатских депутатов и органы государственной власти.

Следствие ведется со всей энергией, ибо правительство исполнено решимости раскрыть весь гнусный заговор, организованный большевиками против родной страны.

Временное правительство постановило члена совещания по выработке закона о выборах в Учредительное Собрание большевика Козловского считать утратившем звание члена этого совещания.

 

Текущий счет г-жи Суменсон

У арестованной в Павловске г-жи Суменсон, как сообщалось, найдены расчетные книжки банков.
Оказалось, что у г-жи Суменсон на текущем счету в Азовско-Донском банке имеется в настоящее время 180 тысяч. С января текущею года г-жа Суменсон взяла в этом банке с своего текущего счета 750 тысяч.

— Как передают «Р. Сл.», арестованная племянница Ганецкого г-жа Суменсон дает откровенные и убийственные для заподозренных деятелей большевизма показания.

Из ее показаний явствует, что в России сбывались через нее огромные партии немецких товаров. Она получала значительные суммы и передавала их различным лицами.

МОСКВА

10 июля состоялось соединенное заседание Исполнительных Комитетов Совета рабочих и солдатских депутатов по вопросу о большевиках. Постановлено:

выпустить и расклеить воззвания, в которых указать, что обвинение фракции большевиков в шпионстве является клеветой контрреволюционеров; принять в «Известиях Совета Рабочих Депутатов» меры против травли большевиков, выражающейся в моральном обвинении их в провокации и в шпионстве; предложить социалистическим газетам поддержать эти меры в своих органах и принять ряд практических шагов против контрреволюционной агитации. (ПТА).

Ликвидация следственной комиссии по делу Ленина

В виду назначения в связи с обвинениями, выдвинутыми против большевиков в сношениях с германским штабом, правительственного расследования,— следственная комиссия, назначенная для расследования оснований этого обвинения Центральным Комитетом С. Р. и С. Д. прекращает свою деятельность и собранные ею материалы передает в распоряжение Правительственной Комиссии.

 

Еще по теме:

Революция. 1917 год. Предисловие

.............................................................................

Большевики и волнения 4 июля 1917 г.

Объявление самостоятельности Финляндии (6 июля 1917 г.)

По фронту с А. Ф. Керенским (июль 1917 г.)

Правительственный кризис (июль 1917 г.)

События в Петрограде. 5 июля 1917 г.

Большевизм и контрреволюция (июль 1917 г.)

 

 

 

 

Просмотров: 70 | Добавил: nik191 | Теги: июль, 1917 г., революция, большевизм | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz