nik191 Четверг, 16.09.2021, 13:27
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Обзор СМИ [14]
Этот день 100 лет назад. [3216]
Этот день в истории [282]
Московские новости [1]
Этот день 200 лет назад [149]
Этот день 50 лет назад [9]
Этот день 150 лет назад [88]

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » Статьи » Новости дня » Этот день 150 лет назад

25 мая 1871 г. Внутренняя и внешняя политика

Вандомская колонна после ее свержения

 

 

 

ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА

 

25 мая 1871 г.

Начало минувшей недели ознаменовалось семейным торжеством при Высочайшем дворе именно, крестинами великого князя Георгия Александровича, по поводу которых была издана весьма важная мера, касающаяся смягчения участи всех политических преступников, а равно и лиц, сосланных в Сибирь административным порядком, по приговору городских и сельских обществ. Политические преступники, уже возвращенные на жительство в города или получившие в Сибири право приписаться к городским и сельским обществам, получили снова те права состояния, которых они лишились, а ссыльно-каторжные этой категории обращены в поселенцев, без возвращения сословных прав.

Из числа лиц, участь которых смягчена таким образом, не исключаются и политические преступники, сосланные в период времени с 1 января 1866 г. Законные дети лиц, которым возвращаются права состояния, рожденные после лишения их этих прав, тоже получают возвращенные их родителям права. Лица, сосланные в Сибирь по приговору обществ и получившие разрешение на временное пребывание в Европейской России, получают права снова возвратиться в прежние общества, если таковые пожелают их принять.

Помилование, дарованное этой мерой политическим преступникам, возбудит, без сомнения, глубокую и горячую благодарность, как самих помилованных, так и семейств их, так часто осужденных страдать за прискорбные увлечения людей, не сумевших понять органической незыблемости тех порядков, против которых они вздумали восставать, незыблемости, основанной на неразрывной связи, всегда существовавшей и ныне более чем когда-либо упрочившейся между русским народом и верховной властью, столь много сделавшей для расширения его гражданских и политических прав и улучшения его благосостояния.

Почти одновременно с обнародованием Высочайшего указа о смягчении участи политических преступников, публика узнала из Высочайшего рескрипта, данного генерал-адъютанту Ланскому, о закрытии особой комиссии для разбора дел о политических преступлениях, находившейся под председательством этого сановника. Упразднение упомянутой комиссии имеет, по слухам, связь с теми мерами об усилении средств прокурорского надзора для раскрытия преступлений, о которых мы упоминали в нашем прошедшем обозрении.

***

Если верить тем же слухам, нашедшим доступ и в наши ежедневные газеты, решение вопроса о преобразовании наших средних училищ отложено на довольно продолжительное время, вследствие того, что большинство голосов в государственном совете оказалось не в пользу рассматривавшегося этим высшим учреждением проекта реальных училищ. Имея в виду ту страстность, которой отличался в последнее время спор о классической и реальной системах образования, мы не можем не признать отсрочку решения этого важного вопроса за факт, вполне утешительный. Такое дело, как определение начал, на которых зиждется образование целого народа, не должно решаться под влиянием каких бы то ни было соображений, чуждых самой его сущности, а всякий, конечно, согласится, что доводы наших защитников классицизма во многом грешат против такого условия.

***

Пример Франции лучше всего показал нам, как вредно подчинять дела народного образования различным политическим целям и как опасно бывает затруднять народным массам доступ к высшему образованию. Нынешняя анархия и бешеный разгул демагогических страстей, приведший к чудовищному факту господства коммуны над Парижем, являются прямыми результатами педагогической системы второй империи, у которой иные из наших классиков вовсе не прочь позаимствовать кое-какие подробности, вроде пресловутых ремесленных училищ г-на Дюрюи.

 

Война. Вагон для военно-походной кузницы

 

Что касается до парижской коммуны, то она покончила свое существование, как мы и предсказывали, на прошлой неделе. Припертые к прусским линиям, лишившись всех своих предводителей, войска коммунистов, после отчаянного сопротивления, положили оружие и сдались по частям.

В прошедший четверг, т. е. 20-го мая, весь Париж был уже в руках правительственных войск и жители его могли, наконец, дать себе отчет в той ужасной катастрофе, которая постигла несчастный город вследствие поджогов и бомбардирования. Оказалось, что все наиболее изящные части Парижа обращены в груды развалин. Пламя истребило множество лучших зданий города, а бомбы версальцев изуродовали почти все фасады уцелевших памятников. Сердце разрывается от скорби, когда читаешь описания того, во что обратила гнусная месть сторонников коммуны гордую и роскошную столицу Франции.

За то и репрессалии, постигшие их, превосходят все, что только представляет в этом роде история Франции со времен первой революции. Наши предсказания насчет вероятных неистовств «партии порядка», к глубокому прискорбию, сбываются вполне. В первые дни, после взятия Парижа, избиение сторонников коммуны имело ужасающие размеры.

 


Война. Взятие в плен французского шпиона при Меце

 

Ожесточенные солдаты правительственных войск расстреливали сотнями забираемых ими в плен мятежников, без всякого суда и расправы и, к сожалению, настроение «партии порядка» таково, что и впереди от военных судов можно ожидать самой свирепой беспощадности. В самом Париже, один террор сменился другим. По распоряжению маршала Мак-Магона, все жители его обезоружены, выход из города и доступ в него затруднен до последней крайности, везде производятся обыски и аресты. Система доносов процветает, свобода прессы стеснена до последней возможности.

Что касается до Национального собрания, то монархическое большинство его—вне себя от радости и нимало не скрывает ныне своих намерений восстановить династию Бурбонов, умышленно смешивая республиканскую форму правления с крайностями тех людей, которые восстали с оружием в руках против республики, имевшей своими представителями Тьера и его товарищей.

Грустное зрелище представляет собой вследствие всего этого собрание представителей верховной воли французского народа! Вместо того, чтобы, забыв всякие рассчеты партий, сгруппироваться около главы исполнительной власти и помогать ему в его честных усилиях восстановить порядок в стране, монархисты собрания придираются к каждому шагу Тьера, показывающему намерение остаться верным республиканской форме правления. Так например, назначение Жюля Ферри временным префектом Парижа, вызвало в собрании целую бурю, только потому, что Ферри искренний республиканец. Тьер, однако ж, настоял на своем. Выведенный из себя, он наговорил много горьких истин монархическому большинству и вырвал, так сказать, у собрания одобрение своего образа действий.

Некоторые из товарищей Тьера не вынесли, однако ж, нападок монархического большинства. Военный министр Лефло и министр внутренних дел Пикар подали в отставку, но глава исполнительной власти сумел и при этом выдержать характер и не поддаться очевидным попыткам большинства усилить монархический элемент в министерстве. Оба вышедшие в отставку министра заменены Тьером республиканцами же и при том, даже более крайними. На место генерала Лефло назначен генерал Сиссе, бывший в постоянном загоне во времена империи, за свои республиканские убеждения, а на место Пикара, поступил Виктор Лефран, пользовавшийся долго репутацией крайнего радикала. Таким образом, состав министерства сохранил вполне республиканский характер, что и дало возможность остаться на своих местах Жюлю Фавру и Жюлю Симону, которые тоже было собирались подать в отставку.

Надо ото всей души желать успеха доблестным усилиям Тьера отстоять республиканскую форму правления, потому что, при настоящих обстоятельствах, всякое восстановление монархии поведет к новым бедствиям и смутам и, даже, может быть, к новой междуусобной войне; но, однако ж, нельзя никак ручаться за то, что нынешнему правителю Франции удастся довершить начатое им дело. Голос умеренности и благоразумия редко покрывает собой бешеные крики реакции....

Падение парижской коммуны вызвало, как мы уже упоминали в прошлый раз, меры европейских правительств против ее сторонников, которые бы вздумали искать убежища в соседних странах. Испания объявила, подобно Бельгии, что она будет выдавать коммунистов; Швейцария и Англия решили, что выдаче будет предшествовать рассмотрение их виновности в национальных судах.

В Бельгии, вопрос о выдаче сторонников коммуны вызнал довольно любопытный эпизод. Виктор Гюго, живущий в Брюсселе с самых первых дней восстании коммунистов, протестовал письмом, напечатанным в «Independance Belge», против решения, принятого бельгийским правительством. Это вызвало против него народную демонстрацию, вследствие которой ему предписано королем Леопольдом оставить немедленно Брюссель и Бельгию.

Что касается до Англии, то от нее вряд ли можно ожидать выдачи тех сторонников коммуны, которым удастся пробраться до ее гостеприимных берегов. Английское жюри не охотно произносит обвинительные приговоры в подобных случаях и безнаказанность, которой пользуется в Чизльгёрсте виновник кровавых декабрьских дней 1851 г., уже, конечно, не может служить прецедентом для выдачи мятежников, которые в 1871 г. только последовали примеру Людовика Наполеона, восставшего двадцать лет тому назад против законного правительства Франции и достигшего победы рядом неистовств, только преувеличенных коммуной, которая, во все свое трехмесячное владычество не пролила, по правде сказать, столько крови, сколько пролито было её в роковые дни 2, 3 и 4-го декабря 1851 г.

В Германии, за это время, весь политический интерес сосредоточивался на знаменательном факте антогонизма, обнаружившегося между канцлером империи и имперским парламентом. Князю Бисмарку пришлось убедиться наглядно, что обаяние его политической славы нео слепило представителей Германии до такой степени, чтоб они согласились сделаться слепым орудием всех его планов. В вопросе о присоединении Эльзаса и Лотарингии к империи, парламент решительно отказался помогать канцлеру в водворении в присоединяемых провинциях слишком продолжительной диктатуры и бесконтрольного распоряжения ими имперским правительством.

 

 Всемирная иллюстрация : Еженед. илл. журнал, № 22 (126) - 29 мая - 1871.

 

 

 

Еще по теме:

 

1 января 1871 года Разные известия

....................................

18 мая 1871 г. Внутренняя и внешняя политика

25 мая 1871 г. Внутренняя и внешняя политика

1 июня 1871 г. Внутренняя и внешняя политика

 

 

 

Категория: Этот день 150 лет назад | Добавил: nik191 (25.05.2021)
Просмотров: 49 | Теги: 1871 г. | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2021
Бесплатный хостинг uCoz