nik191 Воскресенье, 31.05.2020, 07:58
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
История. События и люди. [1089]
История искусства [229]
История науки и техники [286]

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » Статьи » История. События и люди. » История. События и люди.

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 54

 

В виду предстоящего в будущем 1900 г. чествования памяти генералиссимуса-фельдмаршала графа Александра Васильевича Суворова-Рымникского, князя Италийского, по поводу столетней годовщины его смерти, редакция „Московского Листка" предполагает помещать в воскресных приложениях описание жизни и подвигов великого полководца, заимствуя данные из разных верных источников.

 



Граф А. В. Суворов-Рымникский.

(К столетию со дня его кончины)

 

Прибавление

к части 1

 

 


Граф Александр Васильевич Суворов- Рымникский,
князь Италийский

(1729—1800)

 

 

 

     См. Часть № 53

 

 

Водворив в Брешии порядок и прежнее правление, Суворов продолжал движение к р. Мелле. Погода крайне благоприятствовала переходам, а форсированные суворовские марши были непривычны австрийцам и в рядах последних послышался ропот, что ужасно раздражало Суворова; к тому же Мелас, по своему нездоровью и дабы дать обсушиться солдатам, не выполнив маршрута, остановил свои войска. Суворов привыкший ранее иметь дело с такими войсками, которые безропотно переносили всякие лишения,—пришел в негодование и послал грозное послание Меласу:

„до моего сведения дошли жалобы на то, что пехота промочила ноги; за хорошей погодой гоняются женщины и ленивцы. Большой говорун, который жалуется на службу, будет, как эгоист, отрешен от должности; у кого здоровье плохо, тот пусть и остается назади. Ни в какой армии нельзя терпеть таких, которые умничают; глазомер, быстрота, натиск, —на сей раз довольно".

У переправы чрез р. Меллу союзники встретили небольшой французский арьергард; казаки, быстро переправившись чрез реку, налетели на неприятеля и, ворвавшись на их плечах в г. Бергамо, завладели цитаделью. Французы, бросив все, что мешало движению, спешно отступили, заметя отряд Багратиона, посланного для их преследования. Казакам досталось 130 ч. пленных, 19 осадных орудий и много разных запасов.

14 апреля союзная армия подошла к р. Адде; здесь, на противоположном берегу, оказалась французская армия, численностью в 28,000 чел. Позиция французов, благодаря возвышенному и чрезвычайно крутому берегу широкой и глубокой реки, не имеющей бродов, — казалась неприступной. Шерер, в виду столь выгодных оборонительных средств, растянул свои войска на значительное протяжение, заставляя то же самое сделать и союзные войска.

Суворов, имея в своем распоряжении около 49,000 чел., мог свободно растянуть свою позицию и имел возможность около 35,000 чел. держать сосредоточенно для переправы. Место для переправы Суворов выбрал самое неудобное, — у Сан-Джервазио, где французы никоим образом не ожидали переправы.

15 апреля Суворов приказал одной австрийской дивизии готовиться к переправь, а двум другим, под начальством Меласа, оставаться у Тревилио в резерве.

В это время было получено донесение от Багратиона, преследовавшего французов, что при Лекко, на левом фланге неприятельской позиции, сосредоточена целая дивизия Серюрье, почему, ближайшим к Лекко союзным войскам приказано было не трогаться с места и успеть вовремя подкрепить Багратиона.

В тот же день, т. е. 15 апреля, Багратион атаковал Лекко, несмотря на превосходство сил противника; первая атака не удалась; он ввел резерв и выбил неприятеля из города, но удержаться не мог; французы, заметив малочисленность русских, бросились на них и, вытеснив их из города, угрожали отряду Багратиона быть отрезанным. На помощь Багратиону успел прибыть, на обывательских подводах, Милорадович с одним батальоном, а вслед за ним подоспели еще два батальона. Получив подкрепление, Багратион, в один момент, взял обратно город.

Тем временем, французы дабы отрезать путь отступления русским, отправили на лодках, на другой берег, довольно сильный отряд; но эта попытка не удалась, — русская артиллерия отбила их, не дав доплыть ло берега. В этом деле Милорадович совершил беспримерный поступок: он, будучи старше Багратиона, предоставил последнему окончить начатое дело, говоря, что здесь не место разбирать старшинство. Суворов горячо благодарил Милорадовича, объявил об этом в приказе по армии и о столь похвальном поступке донес государю.

В тот же день, французский главнокомандующий, Шерер, был сменен и его место заступил генерал Моро; последний обладал всеми качествами даровитого полководца; его назначение было с радостью принято в армии и дух последней значительно возрос. Даже Суворов был доволен назначением Моро, говоря, что вместо „шарлатана", он теперь будет воевать против истинно военного полководца.

10 апреля, Суворов стянул казачьи полки в Сан Джервазио и отдал категорическое приказание Шателеру сейчас же наводить понтонный мост на Треццо. В то же время Меласу было приказано атаковать предмостное укрепление у Коссано. К 5 часам утра мост уже был готов, и передовые войска переправились на неприятельский берег.

Французский батальон, стоявший в Треццо, заметя в тылу казаков, начал поспешно отступать. Моро, получив об этом известие, приказал войскам сосредоточиваться на позиции между Поццо и Ваприо и немедля перешел в наступление. Передовой отряд Шателера, с несколькими эскадронами австрийской кавалерии не мог остановить французов и должен был бы отступить; но в это время атаман Денисов, наскоро собрав своих донских казаков и венгерских гусар, лихо налетел на левый фланг противника и отбросил его к Поццо, а подоспевшие австрийские части помогли передовому отряду взять Поццо и Ваприо.

Моро, не получив ожидаемой поддержки, принужден был отступить на новую позицию между Кассано и Инцаго.

Мелас, подойдя к Кассано ранее Моро, согласно диспозиции, взял штурмом тет-де-пон (укрепление, защищающее мост) на Адде, атаковал французов и занял Кассана. Таким образом прямой путь на Милан для Моро был отрезан. Бой продолжался почти целый день, потери с обеих сторон были большие, но при этом австрийцам досталось около 2,000 чел. пленных, 19 орудий и одно знамя.

Одновременно с этим, Вукасович и Розенберг удачно переправились у Бривио.

Завершившийся переход чрез Адду Суворов называл Рубиконом по дороге к Парижу, где он мечтал закончить кампанию,—но судьба готовила другой исход.

Всем союзным войскам Суворов приказал продолжать наступление к Милану.

Вукасович, под начальством которого было около 7,000 чел., по дороге к Милану, неожиданно наткнулся на французский отряд Серюрье; завязался упорный бой, и успех видимо был на стороне французов; но в это время подошел русский корпус Розенберга, который обошел Серюрье, и последний, видя свое безнадежное положение, сдался на капитуляцию. Сдавшиеся генералы и офицеры, коих было более 200 чел., по условию были отпущены во Францию, но с тем, чтобы не принимали никакого участия в кампании до окончания войны. Союзникам досталось 8 орудий и 2700 чел. пленных нижних чинов.

Весть о новой победе вызвала ликование в Петербурге и в Вене, все восхваляли действия русского фельдмаршала.

В донесениях императору Суворов особенно хвалил донских казаков во главе с их атаманом Денисовым; об австрийцах отзывался одобрительно, заявляя, что

„Мелас действует похвально“.

Император Павел пожаловал Суворову бриллиантовый перстень с своим портретом, препроводив к нему таковой при двух милостивых рескриптах, при этом писал:

„дай Бог вам здоровья; о многолетии вашем опять вчера молились в церкви, при чем были и все иностранные министры. Сына вашего взял я к себе в генералы-адъютанты со старшинством и с оставлением при вас; мне показалось, что ему, ученику вашему, неприлично быть в придворной службе".

Император Франц также благодарил Суворова сердечным рескриптом.

Моро спешил отступать чрез Милан на Буфалору и Павлию. Отступление французских войск произвело смятение в Милане; члены Цизальпийской директории и все их приверженцы бежали в Турин. В Милане остался только незначительный гарнизон, для охраны цитадели. Едва французы успели оставить Милан, примчавшиеся казаки взломали городские ворота и ворвались в город; после нескольких незначительных схваток, они окружили цитадель и ожидали прихода своих войск.

Передовой отряд австрийцев вступил в Милан спустя несколько часов после казаков, а все остальные союзные войска, во главе с Суворовым, остановились в нескольких верстах от Милана, отложив вступление в город до утра.

На утро 18 апреля, в день Светлого Христова Воскресения, войска направились в город; навстречу Суворову вышло духовенство с крестом и хоругвями и масса народа. Растроганный таким приемом, Суворов слез с коня, приняв благословение архиепископа и, поцеловав у него руку, горячо благодарил всех за оказанное внимание. В городе встреча была еще более торжественная, все жители ожидали его на улицах, и едва он показался, как громкие возгласы приветствия огласили воздух.

Такой шумный прием был также оказан в Милане и Бонапарту три года тому назад и теми же самыми жителями, но при разных условиях. В первом случае, народ, увлекаясь обещанной свободой, равенством и братством,— приветствовал Бонапарта за его несбыточную идею; а теперь, когда в этом наступило горькое разочарование, Суворова приветствовали, как защитника веры и восстановителя прежнего законного порядка.

Суворов остановился в том самом доме, где перед тем квартировал Моро. Вечером для него был назначен парадный спектакль, но он отказался ехать в театр и провел вечер у своей квартирной хозяйки, где собралось все избранное общество, с любопытством смотревшее на русского великого полководца и на его обычные причуды.

Вечером весь город был иллюминован всюду слышались возгласы в честь Суворова.

На следующий день, с раннего утра, все улицы по дороге к собору, были запружены народом, а войска стояли шпалерами, в ожидании проезда фельдмаршала.

Выезд Суворова в собор был необыкновенно парадным: он ехал в позолоченной карете, в парадном мундире австрийского фельдмаршала, сплошь увешанный орденами. Раздалось опять несмолкаемое восторженное приветствие народа и войск. При входе в собор архиепископ, в полном облачении с крестом, встретил его и призвал на него Божие блогословение; в соборе было приготовлено возвышенное место для Суворова, обтянутое красным бархатом, но он на него не встал.

По выходе из собора, народ бросал ему под ноги венки, цветы и ветки; Суворов, со слезами на глазах сердечно блогодарил и советовал всем молиться Богу, испрашивая у Него своего спасения.

„Как бы не затуманил меня этот фимиам“,— говорил Суворов, — „теперь ведь пора рабочая".

На другой день Суворов дал парадный обед, перед началом которого он христосывался со всеми гостями, заставляя иностранцев отвечать по русски: „Воистину воскрес". Во время обеда, пленный генерал Серюрье заметил Суворову, что нападение русских на него было очень смелое и рискованное,—на это Суворов ответил:

„что делать: мы, русские, без правил и без тактики".

Собираясь оставить Милан, Суворов объявил Цизальпийскую республику не существующей и временное управление страной поручил Меласу.

В течение двух недель союзные войска сделали слишком много; оставалось еще покончить с тыльными крепостями, занятыми небольшими отрядами французов, а затем разбить армию Макдональда, которая шла из средней и южной Италии на соединение с Моро.

План дальнейших действий у Суворова был таков: оставив незначительную часть войск для осады тыльных крепостей, всю армию двинуть, чрез рр. Тичино и По, на Макдональда и, разбив его, направиться на Турин, где порешить с Моро. Затем, по взятии Мантуи и Пескьеры, большую часть осадных войск направить на Тортону и Генуа, первую обложить, а вторую, при содействии английского флота, — взять. Окончив, таким образом, действия в Северной Италии, продолжать наступление двумя колоннами: одной к Берну, а другой к северному берегу Женевского озера.

План Суворова был, правда, слишком смелый, но он оправдывался целью, ибо наш великий полководец мечтал закончить кампанию в Париже, что при его гениальных военных дарованиях, вероятно, и сбылось бы, если бы не мешал ему гофкригерат.

20-го апреля, Суворов послал свой план на утверждение в Вену, но там посмотрели на это иначе; ему предложили руководствоваться данной ему инструкцией, ограничиваться лишь только действиями по левому берегу По и до овладения тыльными крепостями ни к каким другим предприятиям не приступать. Суворов не дождался распоряжений из Вены и, пробыв 4 дня в Милане, не теряя более времени, двинул союзные войска к р. По.
 

 

(Продолжение будет).


И. С.


Московский листок, Иллюстрированное приложение № 43, 7 ноября 1899 г.

 

 

Еще по теме:

 

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 1

..................................

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 53

..................................

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 55

 

 

 

Категория: История. События и люди. | Добавил: nik191 (10.05.2020)
Просмотров: 21 | Теги: А. В. Суворов | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный хостинг uCoz