nik191 Воскресенье, 31.05.2020, 07:59
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
История. События и люди. [1089]
История искусства [229]
История науки и техники [286]

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » Статьи » История. События и люди. » История. События и люди.

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 52

 

В виду предстоящего в будущем 1900 г. чествования памяти генералиссимуса-фельдмаршала графа Александра Васильевича Суворова-Рымникского, князя Италийского, по поводу столетней годовщины его смерти, редакция „Московского Листка" предполагает помещать в воскресных приложениях описание жизни и подвигов великого полководца, заимствуя данные из разных верных источников.

 



Граф А. В. Суворов-Рымникский.

(К столетию со дня его кончины)

 

Прибавление

к части 1

 

 


Граф Александр Васильевич Суворов- Рымникский,
князь Италийский

(1729—1800)

 

 

     См. Часть № 51

 

 

Направленные в Италию корпуса Розенберга и Германа поступили в распоряжение Суворова, при чем государь сказал ему:

„веди войну по-своему, как умеешь"

и дал право делать перемены в войсках. На подъем Суворову назначено было 3,000 руб. и положено ежемесячное содержание в 1,000 руб.

Несмотря на милости монарха, видимо было, что государь все таки не имел полного доверия к Суворову, что можно усмотреть из рескрипта к Герману:

„иметь наблюдение за Суворова предприятиями, которые могли бы повести ко вреду общего дела, когда он будет слишком увлекаться и забывать все на свете. Советами умерять порывы и отвагу воина, поседевшего под лаврами".

Гениальные способности Суворова были не поняты, все приписывалось счастью, постоянно сопровождавшему его.

Герман был польщен этим щекотливым поручением и, считая себя за образцового тактика, неумело повел дело, благодаря чему государь скоро разочаровался в нем и убедился, что искусство находится именно в руках Суворова.

В конце февраля Суворов выехал в Вену, но ехал уже не так скоро как в былые времена, тощий и слабый от бывшего заточения, он уже не мог быть целый день в пути без остановок и таковые бывали часа по три и не менее двух раз в день, „ради пищеварения", как говорил сам Суворов.

Дорогой Суворов встретил одного своего бывшего сослуживца, к которому обратился с вопросом:

„Какие будут станции до Риги?"

Сослуживец, не зная названий станций, а в то же время боясь рассердить фельдмаршала немогузнайством, ответил:

„первая Туртукай, вторая Кинбурн, третья Измаил".

„Помилуй Бог!", —сказал Суворов. „Видно, названия переменились. А за Ригой что?"

—„Первая Милан, вторая Турин, третья Париж!"

—„Ох! да как ты географию знаешь хорошо!"

—с улыбкой сказал Суворов.

В Митаве, в приемную замка, где остановился фельдмаршал, собралась масса народа приветствовать его; Суворов, отворив дверь в приемную и показавшись всем в одном белье и босой, сказал:

„Суворов сейчас выйдет!“

Чрез несколько минут он вышел к ним уже в полной парадной форме.

После приема Суворов отправился посетить графа Прованского, который по кончине племянника принял тогда королевский титул с именем Людовика ХVIII и жил в Митаве. Явясь к Людовику, Суворов заявил, что он идет положить за него свою голову, или восстановить престол его предков.

„Я забываю мои бедствия и верю, что буду счастлив, если Бог вручит судьбу Франции и ее короля мечу Суворова",

— ответил растроганный претендент на французский престол.

На следующий день Суворов отправился в Вильну, где его встретили все власти и его любимый Фаногорийский полк. Приняв рапорт от командира полка, фельдмаршал вызвал своих старых витязей, расцеловал их и, пожелав им успеха, уехал.

Далее дорога была крайне затруднительная, зима была снежная, ухабы препятствовали ехать в экипаже и Суворову пришлось пересесть в почтовые сани.

По пути к Бресту Суворов получил несколько милостивых рескриптов от императора, что его ужасно обрадовало.

Вечером, 14 марта, Суворов приехал в Вену и остановился у русского посла графа Разумовского.

Помещение для него было приготовлено по его вкусу, зеркала занавешаны, бронза убрана и на кровати тюфяки заменены сеном. Утром оживление в Вене было необычайное; все хотели видеть и приветствовать фельдмаршала.

Суворов отправился на аудиенцию к императору вместе с графом Разумовским, и едва показалась карета, в которой они ехали, как раздались восторженные крики:    

„да здравствует император Павел! Да здравствует Суворов!"

Суворов отвечал виватом императору Францу.

Около дворца не было прохода от толпы народа, и карета с трудом подъехала к подъезду дворца. Суворов, выйдя из кареты, воскликнул по немецки:

„австрийцы храбры—русские непобедимы! Мы будем бить французов! Ура! Да здравствует император Франц!“

Австрийский император встретил Суворова с большими почестями. Суворов, войдя к Францу, сказал:    

„с французами обходились слишком вежливо, как с дамами, но я стар для учтивостей и поступлю с ними грубее!"

Император пожаловал Суворову чин фельдмаршала австрийской армии, назначил его главнокомандующим в Италии и положил ему содержание по 24,000 флоринов, а кроме того приказал выдать 8,000 флоринов на путевые расходы.

В древней церкви св. Стефана, при пышной обстановке, Суворов принес присягу на чин австрийского фельдмаршала. Отовсюду фельдмаршалу сыпались приглашения, но он от них отказывался и даже не являлся к императорскому столу, по причине великого поста.

Торжественное зрелище представлял из себя вход русских войск в Вену; император, члены его семейства, двор и Суворов встречали их и могучее русское „ура“ огласило столицу Австрии.

В это время получено было известие о победе австрийцев на Рейне.

 „Славно! “ — воскликнул Суворов, —„посмотрите, и мы будем бить их!“

Вручая судьбу Австрии Суворову, император Франц однако не мог отрешиться от того, чтобы Суворов не подчинялся указаниям гофкригерата и приставил к нему некоторых членов последнего для советов, что, как и надо было ожидать, породило временное несогласие и недоверие.

Австрийский император прислал Суворову изготовленный план кампании до р. Аддо, прося его исправить или изменить, в чем найдет нужным; но Суворов, зачеркнув весь план, сказал, что начнет кампанию переходом чрез р. Адду, а окончит там, где Богу будет угодно. Подобное начало не предвещало ничего хорошего, так как отношения Суворова с главным руководителем гофкригерата, Тугутом, стали натянутые.

Суворов хорошо знал, что из себя представлял гофкригерат, и не желал ходить на его помочах; он говорил, что по законченным планам нельзя вести войну, ибо кабинетные предположения могут на каждом шагу измениться:

 „в кабинете врут, а в поле бьют".

Пребывание Суворова в Вене продолжалось всего несколько дней; его задерживал художник, писавший с него портрет, а кроме того он был счастлив видеть своих старых друзей, принцев Кобургского и де-Линя, а также храброго Карачая, которого взял с собой в Италию.

24 марта Суворов выехал на место военных дейсивий. Накануне император вручил ему инструкцию гофкригсрата и выразил желание, чтобы кампания была начата,приноравливаясь к ней; при чем хозяйственная часть армии отошла от главнокомандующего в ведение Маласа. Во всем этом проглядывало недоверие к русскому фельдмаршалу, но как это было принято Суворовым—осталось неизвестным.

Суворов ехал день и ночь, обгоняя русские войска по дороге на Брук и Виллах. Авангард князя Багратиона, 3 апреля, уже был в Вероне, к которой подъезжал Суворов. Навстречу фельдмаршалу в Виченцу выехал генерал-квартирмейстер маркиз Шателер. Суворов любезно приветствовал его и посадил к собе в карету. Дорогой маркиз развернул карту и стал указывать расположение войск, излагая в то же время мысль о предстоящих действиях, но на это великий полководец ответил ему коротко:

„штыки, штыки!“

В Вероне Суворову была устроена триумфальная встреча, народ толпился на улицах и с умилением смотрел на русского чудо-богатыря, на лице каждого проглядывала радость и надежда.

Энергия, смелость и быстрота Суворова, а также его умение возвысить духовную силу в своих войсках служили верным залогом победы.

 „Кто испуган, — на половину побежден. Смерть бежит от сабли и штыка храброго, а счастье венчает смелость и отвагу"

—говорил наш гениальный полководец.

Метод обучения и воспитания французских войск во многом был схож с суворовским; Бонапарт, делая наставление молодым офицерам, говорил:

„кто выжидает нападения, тот уже почти побежден".

„Знаешь ли, почему якобинцы взяли верх и владеют теперь во Франции?"

—спросил Суворов одного французского эмигранта; „

а потому, что у них твердая, глубокая воля, а вы, ваша братия, не умеете хотеть.

Затем добавил:    

„Надо пользоваться случаем. У фортуны длинные волосы на лбу, а затылок голый,— повернула—не поймаешь.“

Престарелый прусский фельдмаршал Мелендорф говорил о Суворове:    

„только завистью, невежеством или глупостью можно объяснить мнение, что Суворову везло одно счастье; он был первым и единственным полководцем, который понял дух и свойство современной французской армии и сразу нашел верный способ для успешного против нее действия".


 

И. С.

 

(Продолжение будет).

 

Московский листок, Иллюстрированное приложение № 42, 31 октября 1899 г.

 

 

Еще по теме:

 

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 1

..................................

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 51

..................................

Граф А. В. Суворов-Рымникский. (К столетию со дня его кончины). Часть 53


 

Категория: История. События и люди. | Добавил: nik191 (08.05.2020)
Просмотров: 19 | Теги: А. В. Суворов | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный хостинг uCoz