nik191 Четверг, 18.07.2019, 08:20
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
История. События и люди. [1074]
История искусства [215]
История науки и техники [256]

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » Статьи » История. События и люди. » История искусства

Михаил Иванович Глинка, часть 3

 

 


 

Михаил Иванович Глинка

 

(начало)

Вскоре после постановки «Жизни за Царя», Глинка принялся за «Руслана и Людмилу», вторую свою оперу.

Преждевременная смерть Пушкина, лишила Глинку возможности посоветоваться с ним о его «Руслане». Это жалко, тем более, что Пушкин сам предполагал многое переделать в своей поэме, почему содействие нашего поэта имело бы вероятно весьма важное влияние на план оперы и вообще на все либретто.

По причине разного рода обстоятельств, Глинка не мог вполне предаться новому труду, и, в продолжении целых шести лет, как бы урывками, работал над своим новым творением.

Довольно много времени отнимали у него занятия в певческом корпусе, куда он назначен был, в январе 1837 года, капельмейстером. Многие из певчих оказались очень слабыми в чтении нот и интонации, почему Глинка усердно занялся своими новыми учениками, и повел дело так удачно, что в скором времени добился уже довольно хороших результатов. К этим занятиям присоединились еще уроки в театральной школе.

Обширный круг знакомых, который Глинка приобрел, благодаря своему громадному успеху, поглощал все остальное его свободное время. При всем том, в начале, сочинение второй оперы шло успешнее, так что в 1838 году, Глинкой представлено было почти все первое действие его «Руслана и Людмилы» в театральную дирекцию, вследствие сделанного им с нею условия о доставлении оперы поактно. Кроме того были написаны им: персидский хор «Ложится в поле мрак ночной», марш Черномора и баллада Финна.

Привожу еще некоторые подробности о сочинении «Руслана и Людмилы», из записок самого Глинки:

«Константин Б. взялся сделать план оперы и намахал его в четверть часа, и вообразите: опера сделана по этому плану! Б. вместо Пушкина! Как это случилось, сам не понимаю. Около того же времени меня познакомили с Ширковым, как человеком вполне способным написать либрето для новой моей оперы.

По моей просьбе, он написал для пробы каватину: «Любви роскошная звезда» и часть первого акта. Опыт оказался очень удовлетворителен, но вместо того, чтобы сообразить прежде всего целое и сделать план и ход пьесы, я сейчас принялся за каватины Людмилы (1-го акта «Грустно мне, родитель дорогой») и Горислава, вовсе не заботясь о драматическом движении и ходе пьесы, полагая, что все это можно было уладить в последствии».

Весной 1839 года, в патриотическом концерте, была в первый раз исполнена, с хором и оркестром, каватина Людмилы 1-го действия «Грустно мне, родитель дорогой». «Я ожидал большого успеха», пишет Глинка, —

«аплодировали, но не так дружно, как я привык. Знаменитый скрипач Липинский, стоявший возле меня, слушал эту каватину с неподдельным восторгом и в конце ее пожал мне дружески руку и сказал: que c’est bien russe, cette musique-la».

Слишком беcпокойный род жизни, расстройство денежных обстоятельств, неприятности с супругой, кончившиеся разрывом, и, наконец, возврат болезни, которая почти целых три года уже не посещала Глинку, доводили его иногда до полного равнодушия к своему художественному труду; так что в 1839 году и первой половине 1840 года он совершенно не принимался за «Руслана».

В продолжении 1836 и 1837 гг. Глинкой были написаны еще следующие сочинения:

прибавочная сцена к опере «Жизнь за Царя», фантазия «Ночной смотр» (для пения), польский с хором для бала, данного смоленским дворянством по случаю проезда Цесаревича, Херувимская, 2 романса «Где наша роза» и «Ночной зефир», и в 1838 году—романсы: «Сомнение» и «В крови горит огонь желанья».

В то время, когда работа оперы прекратилась, Глинка не оставался в бездействии, им написаны были тогда: вальс и польский Е—dur для оркестра, романс «Если встречусь с тобой», ноктюрн «La separanion», романс «Я помню чудное мгновенье», камаринская для фортепиано на 3 руки (недокончена) и целое собрание романсов, под заглавием «Прощание с Петербургом».

По причине семейных обстоятельств, в 1839 году Глинка оставил службу и отказался от той светской жизни, которую вел с 1836 года. Он переехал к Кукольнику, любимым его обществом стала, так называемая, «братия»—кружок литераторов и художников, образовавшийся у Кукольника еще в 1836 году. Для характеристики этого кружка привожу несколько воспоминаний о нем из записок Глинки.

«Платон (Кукольник), как хозяин, жил в особенной комнате. Мы же все помещались на диване; у каждого из нас было свое место, и оставалось еще где дать пристанище тем из приятелей, которые, запоздав, желали ночевать у нас. К. Брюлов и Янненко более других пользовались этим приглашением;.......    

По утрам нас поили чаем всех, после чего остаток дня каждый продовольствовался своими средствами.  Вечером мы сходились; тут шли россказни. Иногда ужинали и тогда это был праздник не от яств и вина (нам не на что было лакомиться), но от разнообразной, оживленной беседы. Большая часть нашей братии были люди специальные; приходили и посторонние лица, но всегда народ дельный, или Петров с могучим своим басом, или Петр Каратыгин с неистощимым запасом каламбуров собственного изделия, или кто либо из литераторов, и разговор оживлялся, переходил с предмета на предмет и время быстро и приятно улетало».

Братия принесла Глинке довольно много пользы, поддерживая в нем, своим к нему сочувствием, его творческую деятельность. Но не смотря на то «широкое приволье между доброй, милой и талантливой братией» (как выражался сам Глинка), среди которой он себя так хорошо чувствовал, разочарование его доходило иногда до того, что он на всегда хотел оставить музыку и уехать из России. Но по приезде Глинки в Смоленск к матушке, в исходе 1840 года, его настроение немного переменилось.

«От совокупного действия размышлений и воспоминаний», пишет от, «я начал мало-помалу успокаиваться! Я принялся за работу и в три недели написал интродукцию Руслана».

В сентябре (1840 г.) Глинка возвратился в Петербург, где еще с большей охотой принялся за работу: приступил к сцене Людмилы 4-го акта, а вскоре сочинил увертюру, четыре антракта, песню «Ходит ветер у ворот» и романс «Сон Рахили», для драмы Кукольника «Князь Холмский». В ноябре того же 1840 года Глинка продолжал Руслана, и, по просьбе Мятлева, написал тарантеллу для оркестра, с пением и танцами. Еще сочинен им в начале 1841 года выпускной хор (Е—dur) для девиц Екатерининского института.

Хотя в марте того же года Глинка опять предался прежнему стремлению переселиться в чужие края, но вскоре был принужден обстоятельствами отказаться от своего намерения отправиться за границу, и оставшись в России, переехал жить к своей сестре. Благодаря тихой и приятной жизни у родных, Глинка опять почувствовал охоту к сочинению; особенно в конце 1841 года он с необыкновенным расположением принялся за свой труд.

«Мне дома было так хорошо», пишет Глинка, вспоминая об этом времени, «что я очень редко выезжал, а сидя дома, так усердно работал, что в короткое время большая часть оперы была готова. Осмотревшись, однако же, я нашел, что общей связи между частями новой моей оперы не было. И. В. Кукольник и М. А. Гедеонов взялись помогать в трудном деле свести целое из разнородных, отдельных частей моей оперы.

Кукольник написал стихи для финала оперы и сцену Ратмира 3-го действия: «И жар и зной»; Гедеонов написал маленький дуэт, следующий за балладой Финна, между Финном и Русланом, «Благодарю тебя, мой добрый покровитель», речитатив Финна в 3-м акте: «Витязи, коварная Наина» и молитву в четыре голоса, которой оканчивается третье действие. И я сам написал сцену Фарлафа с Наиной, а также начало финала 3-го действия. Таким образом стихи для либретто, кроме взятых из поэмы Пушкина, писали: Ширков, Кукольник, Гедеонов и я».

Далее Глинка пишет:

«В короткое время опера была доведена до того, что нельзя было дописывать немногого, оставшегося без сценических соображений и содействия декоратора и балетмейстера. И так, в апреле 1842 года (если не ошибаюсь), я явился к директору театров А. М. Гедеонову, с партитурой, и он без всяких разговоров принял мою оперу, приказал сейчас же приступить к постановке ее на сцену и, по моему желанию, вместо единовременного вознаграждения 4,000 руб. ас., согласился, чтоб я получал разовые».

 

(Окончание будет).

 

Всемирная иллюстрация. № 94 (17 окт. 1870 г.).

 

 

 

Еще по теме:

Михаил Иванович Глинка, часть 1

Михаил Иванович Глинка, часть 2

Михаил Иванович Глинка, часть 3

Михаил Иванович Глинка, часть 4

 

 

 

Категория: История искусства | Добавил: nik191 (22.05.2019)
Просмотров: 127 | Теги: Глинка | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2019
Бесплатный хостинг uCoz