nik191 Пятница, 24.05.2019, 14:01
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [413]
Как это было [461]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [76]
Разное [19]
Политика и политики [115]
Старые фото [36]
Разные старости [40]
Мода [297]
Полезные советы от наших прапрабабушек [236]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1570]
2-я мировая война [137]
Русско-японская война [3]
Техника первой мировой войны [302]
Революция. 1917 год [750]
Украинизация [408]
Гражданская война [437]
Брестский мир с Германией [85]
Советско-финская (зимняя) война 1939-1940 годов [86]
Тихий Дон [128]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2018 » Февраль » 25 » В Киеве после победы большевиков
05:41
В Киеве после победы большевиков

По материалам периодической печати за февраль 1918 год.

 

 

Муравьев Петроградский

В „Известиях" от 27 января была напечатана жирным шрифтом следующая телеграмма „главнокомандующего" Муравьева-Петроградского:

"Ура! Ура! Ура! Киев окончательно занят революционными войсками. Войска Рады бежали" и т. д.

Бывший организатор ударных батальонов, обивавший пороги у Керенского, а ныне ура-большевик имеет основание ликовать.

Как сообщают „Новой Жизни“, 25 и 26-го Киев был обстрелян большевистской артиллерией.

Город представляет собой ужасное зрелище. Местность возле Киево-Печерской лавры вся объята дымом. Все железнодорожные мосты, ведущие к Киеву как с юго-запада, так и от Бахмача, взорваны. В городе назревает голод.

А в то время, когда в одной части города происходил ожесточенный бой между большевистскими и украинскими войсками, на Подоле вооруженные банды хулиганов громили магазины, конторы и квартиры. Особенно пострадало еврейское население Подола.

По сообщению той же „Новой Жизни" подполковнику Муравьеву был даже приказ из Бреста „взять Киев чего бы это ни стоило" для того, чтобы Троцкий мог окончательно устранить от переговоров делегацию Центральной Рады.

Мы не знаем, конечно, насколько верно это сообщение, но нисколько не сомневаемся, что, получив телеграмму о том, что, ура, ура, ура, Киев горит, гражданин Троцкий не задумался бы ответить:

„ура! да здравствует гражданская война".

Большевики не сообщают—и не сообщат—о количестве расстрелянных Муравьевым в Киеве и под Киевом украинцев. Но в том же номере „Новой Жизни“ мы находим потрясающие записки об этих расстрелах рабочего Н. Смирнова, члена делегации Петроградского Совета Р. и С. Д., только что вернувшегося с украинского фронта.

Тов. Смирнов 5-го января выехал из Петрограда с подарками от рабочих на румынский фронт. В Гомеле его вагон был задержан одним из большевистских военачальников  Берзиным, который сначала взял подарки "под охрану", а затем объявил, что они должны быть розданы его отряду. Но прежде, чем подарки могли быть кому бы то ни было розданы, оказалось, что, несмотря на „охрану", с вагонов исчезли пломбы, в одном вагоне были взломаны замки и половина вещей похищена.

Все это, конечно, такие мелочи, которыми никого уже при большевистском режиме удивлять не могут. Но тов. Смирнову довелось увидеть нечто худшее, что, „как тяжелая рана,—говорит он,—надолго останется в его воспоминаниях".

Дело происходит в вагоне между станциями Макошино и Бахмач.

На пути из окон вагона я видел голые трупы, лежавшие на снегу. Позже я узнал, что это были расстрелянные офицеры.

Около 2-х часов дня 16-го января в вагон привели двух офицеров, задержанных в окрестностях... Допрашивал солдат Башмаков, который произвел на меня впечатление вполне нормального человека. что позже подтвердил и один товарищ, хорошо знающий его. Из офицеров один оказался подполковником Иваном Силиным, а другой шт.-кап. Прохоровым.

После обычных вопросов о фамилии, чине, образовании и т. п. офицерам был задан вопрос, зачем они находятся в этих местах?

Ответ их, по-видимому, не удовлетворил Башмакова, так как последний возразил:

«Голубчики офицеры, зачем вы говорите неправду? Вы ведь приехали сюда на борьбу с нами».

На оправдания офицеров, пытавшихся доказать обратное, Башмаков никакого внимания не обращал. Допрос снимался по-семейному: ничего не записывалось, никакого протокола не составлено и даже документы, найденные у офицеров были сожжены. Когда в коридоре я обратился к одному из солдат и спросил, что могут с ними сделать, то получил лаконический ответ:

—    Отправят в штаб Духонина.

Еще не соображая, что это за штаб, но предчувствуя что-то очень недоброе, я попросил разъяснить мне, куда же отправят офицеров и я получил ответ, от которого у меня волос зашевелился на голове:

—    Выведем из вагона и расстреляем!

Я так был поражен этим ответом, что не знал, что сказать.

В коридоре я встретил двух человек, беседовавших довольно громко. Один из них матрос, другой, заряжавший во время разговора винтовку, красногвардеец. Разговор мол о том, кому из них и какие достанутся вещи еще не убитых людей.

Около 2-х часов дня Башмаков отдал приказ:    

—    Ведите их!

Офицеры были выведены из вагона. Через несколько минут я услышал 8 или 9 выстрелов, а еще немного погодя на насыпь поднялись два человека, в руках которых было верхнее офицерское платье. Войдя в вагон, они тут же принялись искать в карманах платья покойных и тут же поделили между собою найденные деньги.

Когда Смирнов пытался усовестить Башмакова, тот ему ответил:

— Всю эту сво... надо передушить. Канителиться с ними нечего,—был дан мне ответ.

Я спросил, знает ли об этом самосуде главнокомандующий Муравьев, на что получил ответ не только от Башмакова, но и от многих солдат и матросов, что Муравьев сам в своих речах перед ними предлагает расправляться с офицерами самым беспощадным образом.

„Правда" не перестает использовать киевския зверства для натравливания своих клевретов на с.-р. и меньшевиков. Она уверена, что если бы победили,—как она элегантно выражается,— „либерданы и гоцы",

"они выкалывали бы, как заправские буржуа, глаза своим жертвам, они приводили бы смотреть на трупы павших своих жен и детей"... ибо „пора понять, что нет более отвратительного животного, чем агент капитала, называющий себя социалистом".

Мы не идем так далеко. Мы думаем, что ни Нахамкес, ни Бухарин, ни Зиновьев не водили своих жен любоваться на трупы Шингарева, Горбачевской или даже утопленных в Мойке юнкеров.

Мы лишь констатируем, что отряды подполковника Муравьева, автора приказа о введении самосуда в Петрограде, расстреливают, подобно Ренненкампфу и Меллер-Закомельскому, без суда и следствия, по простому подозрению, случайно захваченных и часто совершенно ни в чем неповинных людей и что подполковник Муравьёв, предлагавший до октябрьского переворота свои услуги для ареста большевиков, является „агентом" совета народных комиссаров и „называет себя социалистом".

В. В. СУХОМЛИН

Дело Народа, 30 января (12 фев) 1918 г.


В КИЕВЕ

Всеукраинским ц. и. к. в Харькове получено следующее сообщение от народного секретаря Маратьянова из Дарницы, от 26 января:

„В 19 часов 20 мин. Киев взят. Гайдамаки разбежались. Разрушен город чрезвычайно. Главари украинского движения скрылись".

***

По сообщениям из Москвы, занятие Киева произошло таким образом:

"Советские войска вошли в город, произведя главный натиск не со стороны Дарницы, где произошли главные бои, а Черниговской губ., через Никольскую слободку".

***

В Киеве власть окончательно перешла в руки совета р. и с. д. Лукьяновская тюрьма переполнена главарями украинского движения. По распоряжению в.-рев. комитета производятся расстрелы грабителей.

***

Борьба за Киев была ужасна по сопровождавшемуся кровопролитию. Насчитывается свыше 4 тыс. убитых и около 9000 раненых. Много жертв приходится на долю мирного населения.

***

Жизнь в городе начинает налаживаться. Магазины открыты, но общественные учреждения, конторы и крупные склады еще не функционируют. Местным советом выделена особая комиссия по борьбе с грабителями и хулиганами.

***

Восстанавливается движение между Бахмачем и Киевом. Ежедневно в Киев прибывают все новые и новые советские войска. Местным советом принимаются экстренные меры к обеспечению города продовольствием. Послано телеграфное распоряжение полтавскому совету о посылке нескольких поездов с хлебом.

***

Украинские части группируются в пределах Киевской губ. и начинают проявлять себя активно. 27 января вблизи Умани произошло столкновение между украинцами и советскими войсками, закончившееся поражением первых.
По последним сообщениям, партизанская война разрастается.

***

„Власти Народа" телеграфируют, что украинские войска потерпели под Киевом большое поражение. Город окончательно во власти большевиков, окраины превращены в развалины.

***

Следственная комиссия в.-рев. комитета, совместно с представителями местного совета р. и с. д., производят следствия о событиях. Передают, что разгромлено около 900 квартир; убытки достигают 12 мил. р.

***

Железнодорожное сообщение с Киевом восстановлено. Начали прибывать поезда с хлебом и продовольствием.

***

Из разных мест Киевской и Черниговской губ. сообщают о столкновении советских войск с партизанскими отрядами украинцев и казаков.

 

 

Еще по теме

 

 

 

 

Категория: Украинизация | Просмотров: 125 | Добавил: nik191 | Теги: 1918 г., украина, Киев, февраль | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2019
Бесплатный хостинг uCoz