nik191 Пятница, 24.09.2021, 12:05
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [945]
Как это было [663]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [234]
Разное [21]
Политика и политики [243]
Старые фото [38]
Разные старости [71]
Мода [316]
Полезные советы от наших прапрабабушек [236]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1579]
2-я мировая война [149]
Русско-японская война [5]
Техника первой мировой войны [302]
Революция. 1917 год [773]
Украинизация [564]
Гражданская война [1145]
Брестский мир с Германией [85]
Советско-финская (зимняя) война 1939-1940 годов [86]
Тихий Дон [142]
Англо-бурская война [258]
Восстание боксеров в Китае [82]
Франко-прусская война [119]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2021 » Июнь » 1 » Махно (Из очерков о близком и далеком)
05:04
Махно (Из очерков о близком и далеком)

 

 

 

МАХНО

 

(Из очерков о близком и далеком)

 

Я ехал из Харькова в Крым. Глубокая осень 1918 года.

На станции Синельниково курьерский поезд стоял уже часов двенадцать. Вначале на него набросились военнопленные, оборванные, жалкие, озлобленные несправедливым страданием люди.

У богатых, хорошо одетых людей, имеющих отдельные места в первом и втором классе «екнули» сердца:

— Ворвутся, поставят на ноги, а сами лягут на наши места...
— Ну, это бы еще слава Богу... Могут и вовсе выбросить из поезда...

Потом, как молнией всех опалила настоящая причина остановки:

В семи верстах разобраны пути... И всех нас ждет Махно...

После этого известия, во всех вагонах царствовало жуткое оцепенение. Уж не потеря мест или удобств ожидали почти каждого, а подлинный разбой.

— А расправа их известна...

безнадежно проговорил какой-то франт с бриллиантом в галстуке, и у его соседей, одетых поскромнее, в глазах было отчетливо написано :

«Знаем... Все теперь так просто и возможно... Да....

Кладут на пол лицом вниз, раздевают и, если у кого много денег, тут же убивают...

Толстый, бритый, с фиолетовым лицом и трехэтажной шеей старик нервно передернул плечами, опустил руку в карман широких английского сукна брюк, и прислонился к окну в коридоре. И нижняя губа у него обидно и беспомощно отвисла.

Вот и жизнь...

промямлил кто-то виновато и чуть слышно...

Н-да-а...

подавленно и глухо отозвался маленький, черненький, с мышиными глазенками и с великолепным полотенцем на плече.

Он все хотел пройти в уборную, но не мог оторваться от застывших в коридорчике спутников... Потом и совсем вернулся в купе: не стоит уж де умываться, пускай де убивают неумытого...

Только в соседнем купе кто-то ровно и даже как будто беспечно густым басом, то и дело срывавшимся на смешливый дискант, повествовал:

— Тогда они подъехали на шестидесяти «тачанках». Лошади все, одна к одной — львы, и тележки легонькие, на рессорах.. Обобрали всех, даже и в третьем классе, сняли все теплое, забрали все узлы и чемоданы... Деловито, понимаете ли, с чувством, с толком... Погрузили и... Ну, помилуйте, степь, пути разобраны, а машинисты взяты в плен... Кого же им бояться?

— А убили многих?, слышится беспокойный вопрос...

— В тот раз только четырех... А одному (ноги он стал целовать кому-то из них), сапогом лицо раскровянили и... Ужас, понимаете ли!.. Я сам видел—прямо в рожу каблуком—сапоги с подковками, тяжелые...

А вы то как же... Уцелели?...

— Я дешево тогда отделался... Я, понимаете, все деньги перед этим скомкал в старую газету и тут же под лавку в мусор бросил... А в бумажнике им отдал мелочи рублей триста... А пальто и чемодан, конечно... Даже подушку взяли...

Вольный тон рассказчика, его смешные взвизги как-то примиряюще подействовали на стоявших в коридоре... Они слушали, молчали и в глазах горела беспокойная, напуганная надежда:

— А может быть еще как-нибудь...

Стоявший у окна старый толстяк, подергивал плечом и изношенные мешковатые глаза покаянно и свирепо искали что-то и казалось говорили:

-«Ну, их к черту эти миллионы!.. Погибель с ними, больше ничего.»

А храбрый рассказчик продолжал:

— Раньше, понимаете, в вагоне бывало отдыхаешь... В Питере или Москве намотаешься: день мечешься по делу, ночь кутишь, а в дороге отоспишься и с попутчиками эдак от души смакуешь о мамзельках. Эх, и было ж...

сладострастно вставил он, помотал буйно головой, вздохнул глубоко и закончил:

— А теперь только и разговору о Махно либо о других каких-либо, с позволения сказать, «вождях»... А бабы как то даже из ума вон...

Толстяк подобрал отвисшую губу и сверкнув золотыми пломбами, задвигал челюстями, отчего весь рот его сталь рыхлым и морщинистым. В глазах же появился тусклый блеск, как будто из окружавших их мешочков выступили капельки мутного масла.

 

 

Пленные все продолжали ломиться в запертые двери и кричали с проводником, который пытался, но не мог внушить им, что это вагон плацкартный. На дворе шел дождь со снегом. Пленные кутались в какие-то старые одеяла и свитки, в бабьи платки и в грязные остатки шинелей... За вагонами нарастал гул, а в вагонах жуткая тревога.

— Пустили бы их что ли!.. — сказал владелец бриллианта в галстуке.
— Пусти их — разнесут!...
А так еще хуже!..
— Нет, пока они там, они смирнее... Такова уж рабья повадка: как пустил на хозяйское место, сейчас... рассказчик громко произнес корявое смешное слово, но никто не рассмеялся А ведь он, Махно-то, будто бы для них старается... Богатых раздевает да им отдает...

Рассказывайте!..

Факт!.. Потому его и взять не могут: мужичье за него горой!..

Толстяк, наконец, уронил ржавым голосом:

Пускай раздевают—черт с ними, хоть бы не убивали...

Рассказчик высунул из купе острую подобранную бороду и захихикал прямо в лицо толстяку:

— Да куда же вы нагишом-то побежите?.. Тогда вас все равно бабы на ухват посадят...

Толстяк отвернулся, пожевал губами и брезгливо промямлил:

— Хороши шутки...

В это время, в вагон ворвался радостный и юркий молодой человек и торжественно провозгласил:

— Господа, Махно разбит!.. Вместо нас к нему вышел немецкий поезд и вот... Только семь немцев убито... Да наших русских двое... Будочник и стрелочник... Он их за то, что они наш поезд по телефону предупредили...

Во всем вагоне загудел веселый, пьяный от радости разговор, как в ресторане...

Героем был пришедший; покрывая все голоса, он взывал:

— Господа!.. Мы обязаны нашей жизнью этим несчастным будочнику и стрелочнику... И я, господа, предлагаю устроить сбор в поезде для их семейств... Вы понимаете—труженики, кормильцы были... Ну, вот...

— Да. это верно... Конечно!.. — подхватили пассажиры и полезли в свои карманы...

Но пассажир с бриллиантом в галстуке внес поправку:

— Только надо это как-либо оформить... Кому мы должны отдать деньги?..
— Да, конечно... А то что же так-то... Надо, чтобы деньги дошли по назначению!..
— Начальнику станции! — воскликнул молодой человек.
— Это верно... Но все-таки...
— Да полноте, господа!.. Люди жизнь за нас положили!.. — и вестник спасения сняв шляпу, достал и положил в нее украинскую пятидесятирублевку...
— Ну, это жирно!.. — вымолвил рассказчик. — Я так много не могу! — и дал десятку.

В шляпу полетели мятые купоны, рваные рубли, марки и «шаги», похожие на мусор...

Когда же шляпа очутилась у груди толстяка, он отстранил ее рукою и сказал:

— Так это что ж... Я как-нибудь потом иначе помогу... При том быть может и семей-то у них нет...
— Ну, что вы!.. — укоряюще протянул сборщик. — Все жертвуют, а вы... Помилуйте...

И толстяк долго шарил в карманах, доставал то тот, то другой бумажник, и наконец собрал все рваные полтинники, «шаги» и марки и небрежно бросил их в шляпу.

А когда сборщик ушел в другие вагоны, толстяк пожевал разношенным широким ртом и проворчал:

— Надо бы с ним еще кому-либо пойти... А то все крупные-то вытащит себе...

И снова все заговорили громко и непринужденно, как обычно говорят когда судят или порицают отсутствующих. А веселый рассказчик снова овладел вниманием пассажиров и объяснил:

— Я потому и дал десятку... Я ведь его знаю. Это наш Н-ский шулер...

Маленький и черный пассажирик снова достал полотенце и уходя в уборную, пропищал, не обращаясь ни к кому:

И всякая-то сволочь нынче лезет в президенты.

С бриллиантовой булавкой покосился ему вслед и процедил сквозь зубы:

— А это что еще за блошка?..

Толстяк как бы не слыхал этих слов. Невежливо задев за локоть соседа он прошел в купе и полез в красивый несессер, где у него была фляжка и закуски.

Вскоре дали третий звонок и поезд тронулся.

Франт с булавкой смело отворил окно, и высунувши голову, кричал цеплявшемуся за подножку пленному:

— Куда ты?.. Упадешь!..

И когда пленный, не сумев худыми, синими руками удержаться на подножке и сорвавшись полетел с разбега на фонарный столб, франт сморщил нос и щеки и брезгливо произнес:

— А-а, как он хрясинулся, Бог мой! — и отвернулся от окна...

Рассказчик с острой бородою лег на мягкую постель и, чтобы заглушить рокот колес, повысил голос:

— ...Какой он помещик!.. Кто вам сказал?.. Да, ничего подобного!.. Он просто бывший каторжник, а раньше был учитель из Гуляй-поля, село такое есть где-то возле Александровска...

И понимаете ли вы: ужасно нравится мне это название . Как Бог принесет—приеду домой у меня два ресторана, открою третий попроще для народа и закажу вывеску: «Гуляй-поле> . В честь Махно, ей Богу!.. В третий раз уношу от него ноги.. И пусть мужики и прочие желающие граждане гуляют у меня ..

Он зевнул и многообещающе прибавил:

А мужички теперь в город самогонку везут бочками .. И хорошо выкуривать научились. Прямо замечательно... Вы думаете отчего даже картошка по рублю фунт стала?..

Поезд шел неторопливо с частыми толчками как бы запинался и ощупывал опасный путь по непогожим и зловеще молчаливым полям.

...Прошло два с лишним года, а Махно попрежнему орудует...

Как велико взволнованное русское море. Как длительна ... мертвая зыбь кровавых волн, укачивающих русскую стихию.

 

Георгий ГРЕБЕНЩИКОВ.

 

Париж, 1921.

 

Отечество, №3, 1 июня 1921 г.

 

 

 

Категория: Гражданская война | Просмотров: 32 | Добавил: nik191 | Теги: Махно, 1918 г. | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
users online


Copyright MyCorp © 2021
Бесплатный хостинг uCoz