П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 4 - История искусства - История. События и люди. - Каталог статей - Персональный сайт
nik191 Суббота, 10.12.2016, 02:07
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
История. События и люди. [1987]
История искусства [167]
История науки и техники [184]

» Друзья сайта
  • Хочу квартиру
  • Наши таланты
  • История и современность

  • » Block title

    » Block title

    » Block title

    Главная » Статьи » История. События и люди. » История искусства

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 4

    П. А. ФЕДОТОВЪ. Автопортрет

     

    Статья из журнала "Аполлон" № 9-10 за 1916 год.

    Во всех материалах по старым газетам и журналам сохранена стилистика и орфография того времени (за исключением вышедших из употребления букв старого алфавита).

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ


    Всеволод Дмитриев


    Наша задача. Часть 4

    (Начало)

     

     

    Федотов и Брюллов


    Наметив, хотя бы в главных чертах, круг первоначальных впечатлений Федотова, мы тем самым подошли к уяснению и вообще искусствопонимания тогдашняго русскаго общества. Федотов питался и воспринимал все то же, чем наслаждался современный ему любитель искусств, и... тот же путаный темный клубок понятий, что был тогда в мозгу художника, мы смело можем предположить во всем обществе того времени. И вот, чем отчетливей мы представим себе всю скудость, путаность, даже нелепость тогдашняго искусствопонимания, тем непреложней станет для нас обязательность восторга, почти безумия, отхватившаго и общество и художников 40-х годов при виде грандиозно-задуманной и стройно-выполненной "Помпеи".

    Мечта русскаго "европейца", все время опережаемаго и поражаемаго Европой, в свою очередь поразить ее, эта мечта нашла в Брюллове достойное воплощение... и мы наблюдаем, как ряд примечательных художников меняет и ломает свой обычный путь, чтобы примкнуть к зачарованным и безвольным подражателям блестящаго и капризнаго новаго бога.

    Не зная даже дальнейшей деятельности Федотова, помня только о той почве, о том воздухе, в котором росли его первоначальные смутные помыслы об искусстве, и помня также столь резко выявившуюся с первых же шагов чрезвычайную восприимчивость художника, мы можем утверждать наверное, что творчество Брюллова должно было его ослепить, захватить целиком и надолго и мозг и душу...

    Более того, Брюллов сыграл в жизни художника исключительно громадную роль, руководя его деятельностью вплоть до последняго произведения. Что это так, я подтвержу несколькими справками из биографии Федотова.

    В главе "Жизнь Федотова" мною уже указывалось роковое влияние на всю дальнейшую судьбу художника слишком жестоких слов Брюллова, что ему учиться уже поздно, но сам же произнесший их, более чем кто-либо другой, стремился помочь Федотову побороть их тягостный смысл. Брюллов полюбил этого страннаго художника, отдавшаго искусству всю силу и страстность зрелаго мужа и беспомощнаго, как мальчик, и следил за каждым движением его кисти с тем тщанием и строгой любовью, с какой учитель следит за самым дорогим своим учеником. И прежде всего Брюллов старается вернуть ученику веру в себя, ибо кому, как не автору "Осады Пскова", было знать всю мучительность сомнений и неверия самому себе.

    Так, он ободряет Федотова, принесшаго несколько своих первоначальных работ, словами:

    "Центральная линия у вас везде верна, а остальное придет".

    Далее Федотову уже не нужно было таких одобрений, к нему пришла слава, в упоении которой художник набрасывал свои сепии, все более и более путаныя, торопливыя и бесплотныя. Здесь нужна была уже не похвала, а умный и верный упрек, и Брюллов делает его, советуя художнику "не увлекаться сложностью гогартовского".

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ. Из цикла "Фиделька" (сепия)
    (Третьяковская галерея)

     

    Федотов как будто только ждал этою упрека; ученику нужно было только произнесение той мысли, которая уже нарастала в нем самом, и вот мы видим, что художник начинает упорно работать над освобождением себя от "сложности" и переходит от "Фидельки" к "Завтраку аристократа", от этой картины к совсем несложной "Вдовушке", и далее, к "Офицеру в деревне" и к замыслу "Институток".

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ. Завтрак аристократа (масло)
    (Румянцевский музей)

     

    Затем Брюллов дал еще один совет, который опять-таки пал на весьма благодарную почву и сразу же сказался на произведениях Федотова. Это был совет писать "шире, шире, не вдаваясь в миниатюрность".

    Однако, чтобы дать такой совет, надо было верить, что Федотов способен к широкому письму, надо было глубоко понимать размах Федотовскаго дарования, и действительно Федотов вскоре же оправдал доверие своего наставника. Уже в портрете девушки за клавикордами проявилось Федотовское чутье силы и красоты мазка, хотя эта работа еще насквозь пропитана акварельными приемами. Зато в портрете Флуга вполне ясна напряженная работа художника над постижением новой для него техники. Федотов стремится забыть о том миниатюрно-тонком, ювелирно-тщательном письме, каким писал он хотя бы "Сватовство маиора", и пробует усвоить и использовать все преимущества масла перед акварелью и карандашом. Так, густым и широким мазком намечены здесь свеча, лист бумаги, рука, но сделать тот же опыт над лицом представляется еще слишком ответственным, и Федотов обращается здесь к более привычному ему жидкому акварельному письму, чуть чуть втирая краску в зерна холста.

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ. Офицер с деньщиком (масло)
    (Музей Императора Александра III)

     

    Но далее, например, в "Офицере с денщиком", мы наблюдаем уже сплошь умелое письмо маслом. Так Федотов доверчиво и стремительно идет по путям, указываемым ему Брюлловым. Драгоценных и ставших для него насущной привычкой советов Федотов искал и ждал даже после смерти наставника...

    Как известно, Федотов пережил Брюллова лишь на несколько месяцев (Брюллов умер 11 июня 1852 года, а Федотов 14 ноября того же года). Ко дню смерти Брюллова Федотов только что успел закончить "Вдовушку", всю проникнутую своеобразно-воплощенной мечтою о Брюллове, и начать новый эскиз "Офицер в деревне".

    И вот эта вещь, так как мы знаем дни, когда ее начал Федотов, приобретает важное биографическое значение; она кажется сгустком той растерянности, той исключительной тоски, что переживал Федотов (но именно потому, что она написана в болезненно-возбужденном, необычном для сдержаннаго художника состоянии, ее трудно брать в расчет при оценке общей линии и уровня творчества Федотова). Федотов потерял советчика, он как бы разом сбился с пути, и вот он цепляется за несбыточную надежду (которая лишь подчеркнула силу утраты), начинает верить, что великий наставник продолжает двигать его рукой и из гроба... Он похваляется перед друзьями, что Брюллов и теперь продолжает помогать ему разрешать различныя живописныя задачи, и на доводы друзей, что это немыслимо, отвечает:

    "Вы все, господа любители, готовы улыбаться и считать это дело мечтой воображения, и, подчас, воображения расстроеннаго; но мы, художники, можем дойти до такого состояния духа, когда беседа с отжившими для нас более, чем возможна".

    Мы привыкли, когда думаем о Брюллове, тотчас же видеть "Помпею", а при имени Федотова вспоминаем "Сватовство маиора". Но попробуем, хотя бы ненадолго забыть об этом Брюллове и об этом Федотове; пусть при имени Брюллова в нашей памяти пройдет вереница его нежных и бледных рисунков, ряд его чувствительных и чувственных рассказов из итальянской или из рыцарской жизни, и, наконец, так же четко и назойливо, как раньше "Помпе", пусть запомнятся нам чуть тронутыя тушью, чуть намеченныя слабым нажимом карандаша, прекрасныя пленницы, с громадными глазами и сонными движениями, подготовительные эскизы к "Бахчисарайскому фонтану", и далее сама эта капризная и причудливая композиция, как сумма такого "новаго" Брюллова, как душа Брюллова, со всем ея сентиментальным безволием, и как высшее проявление изысканности и блеска его ума.

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ. У постели (масло)
    (Музей Императора Александра III)

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ. Портрет Н. П. Жданович (акварель)
    (Музей Императора Александра III)

     

    П. А. ФЕДОТОВЪ. Портрет Н. П. Жданович (масло)
    (Музей Императора Александра III)

     

    А после того просмотрим Федотова; заметим позу невесты в "Сватовстве", заметим "У постели", его нежные и любовно-прочувствованные рисунки девушек и девочек, тонкий и бледный нажим его карандаша, наконец, его замысел картины "Институтки",—та же, как в "Бахчисарайском фонтане", "гаремная" вереница девушек,—и, может быть, линия преемства от Брюллова к Федотову покажется не только не невозможной, а обязательной.

     

     

    Еще по теме:

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 1

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 2

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 3

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 4

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 5

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 6

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 7

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 8

    П. А. Федотов. Судьба и творчество художника. Часть 9

     

     

     

    Категория: История искусства | Добавил: nik191 (19.10.2016)
    Просмотров: 58 | Теги: Федотов, творчество | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    » Block title

    » Яндекс тИЦ
    Анализ веб сайтов

    » Block title

    » Block title

    » Block title

    » Статистика

    » Block title
    senior people meet contador de visitas счетчик посещений

    » Информация
    Счетчик PR-CY.Rank


    Copyright MyCorp © 2016
    Бесплатный хостинг uCoz