nik191 Воскресенье, 22.10.2017, 07:42
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [230]
Как это было [364]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [54]
Разное [12]
Политика и политики [39]
Старые фото [36]
Разные старости [27]
Мода [239]
Полезные советы от наших прапрабабушек [228]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1453]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [282]
Революция. 1917 год [373]
Украинизация [68]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2017 » Сентябрь » 26 » Власть ничтожества (сентябрь 1917 г.)
05:55
Власть ничтожества (сентябрь 1917 г.)

По материалам периодической печати за сентябрь 1917 год.

Все даты по старому стилю.

 

Совет пяти

В виду толков в печати о взаимоотношениях и функциях Совета пяти и Вр. Правительства, журналистам сделано следующее официальное разъяснение:

Вр. Правительство выделило для обсуждения вопросов общеполитического характера и вопросов, касающихся верховного управления и обороны, из своего состава пять членов, каковые и составляют Совет пяти.

Заседания Совета пяти происходят ежедневно в 10 час. утра.

Независимо от этого, в течение дня происходят деловые заседания Вр. Правительства в полном составе с участием управляющих отдельными ведомствами, во время которых члены Совета пяти докладывают об общем ходе событий во всей республике. Решения принимаются всем Вр. Правительством.

 

Обзор печати

„Вечные интересы"

„Свободная Жизнь" пишет по поводу планов Совета пяти.

„Вр. Правительство обещает „пополнение своего состава" теми, кто „вечные и общие интересы родины ставит выше временных и частных интересов отдельных партий или классов"! Это звучит не только неопределенно, но и в высшей степени подозрительно. Противопоставление общенациональных интересов партийным и классовым явно заимствовано из „Речи" — хотя, казалось бы, уже теперь пора различать за этими „общенациональными" принципами простое предательство родины, а демократическую „партийную программу пора признать общенациональной".

Но перспектива соответствующего „пополнения состава", как оно намечено в беседе Керенского с московским промышленником Бурышкиным, очень улыбается „Дню".

„День" предлагает свой план:

„Необходимо поддержать Правительство в его попытках немедленно образовать коалиционную власть и, если это до 12 сентября не удастся, явиться плотной объединенной массой на Демократическое Совещание, чтобы дать там отпор торжествующему большевизму и отступающим перед ним социал-демократам и эсерам".

Посмотрим, посмотрим, какова будет „плотная объединенная масса", плотно объединившихся сторонников „Дня". Шансы контрреволюции плохи — Потресовы и Кливанские грозят мобилизовать „ударные батальоны", чтобы поддержать на совещании позицию Корнилова-Милюкова.

 

Власть ничтожества

МОСКВА, 7 сентября.

Какая жизнь! Чем мы, в сущности, живем и на что мы надеемся?

У правителей нет никаких планов, у населения нет никаких упований. Все живут день за днем, стараясь даже не загадывать о будущем и только покорно подставляя свои головы под очередные удары судьбы. Трудно представить себе всю глубину апатии и безразличности, в которой мы сейчас находимся. И нам еще говорят об энтузиазме: какой уж тут энтузиазм при тощем желудке и полном отчаянии на сердце!... День пережит, и слава Богу.

Действенны только темные силы, изыскивающие средства, как бы им сохранить за собою захваченные ими при общей растерянности привилегированные позиции. Такова теперь тактика всевозможных советов и комитетов. Они собираются сейчас дать генеральный бой правительству с целью „покорить его себе под нозе". Для этого в Петрограде созывается „демократическое совещание", некий „революционный парламент".

Это странное и подозрительное сборище желает выносить вотумы своего доверия или недоверия правительству,—мало того, оно хочет стать новым источником власти.

Но позвольте, господа хорошие: осведомились ли вы, собирающиеся решать судьбы государства, вам-то верит ли страна? Кто вы такие? Покажите ваши лица, назовите ваши имена. Вас никто не знает и, откровенно говоря, и знать-то не хочет.

Нам говорят: вот представители от рабочих, от солдат, от крестьян.

Вздор: солдатская шинель еще не делает солдата, какая-нибудь косоворотка не делает рабочего. Солдаты, никогда не нюхавшие пороха, рабочие, никогда не стоявшие у станка, крестьяне, никогда не работавшие на земле,— почтенные незнакомцы, скажите, что же вы собой изображаете?

Идешь в Совет крестьянских депутатов и видишь заседающего там... помощника присяжного поверенного и непременно без практики; идешь к солдатским депутатам,—опять и там помощник присяжного поверенного, и тоже без практики; идешь к депутатам рабочих—и тот же неизменный помощник присяжного поверенного. Для разнообразия он перемешан с агрономом, статистиком, зауряд-врачом и прочей никчемной, в обычное время безработной мелкотой, которую до революции нужно было рассматривать в микроскоп самого сильного увеличения. У них единственный ценз,—ценз их безграничной наглости и вечно мелющего вздор языка. Нет, бросим говорить о многих советах, у нас есть один на всю Россию совет—ряженых и самозванных депутатов.

Их сила в общей пассивности, в общей растерянности, в общем унынии. Мерилом России не может быть вся эта тля, заседающая в советах.

Это—травяные вши, облепившие стебель русского государства и сладострастно высасывающие из него все соки. Вы скажите: они идейные люди, они социалисты?

Что за вздор: у них нет убеждений, в большинстве это—полуграмотные люди, Митрофаны русского просвещения, хотя и с дипломами даже высших учебных заведений. Их мозги настолько темны и узки, что они неспособны вместить в себя какую бы то ни было политическую теорию. Поэтому их речи не идут дальше самого пошлого трафарета, который они повторяют, как насвистанные скворцы. Их бездарность, их ограниченность, их глупость сказывается моментально на каждом положительном мероприятии, какое они ни задумают провести в жизнь. Их дело только кричать «долой"— и не больше.

Главная их черта,—это их жадность. За деньги они способны решительно на все.

Недаром столько из них так усердно терлось при охранке в старые времена. Каждый вновь открываемый список провокаторов непременно разоблачает кого-нибудь из видных советчиков. Жаль, что архивы и канцелярии охранных отделений с первого же момента революции (вот она— предусмотрительность!) были подвергнуты всесожжению, сколько бы еще разоблачений о теперешних "деятелях" советов мы узнали. Впрочем, может быть, теперь для истинного защитника революции в тамошних кругах требуется непременный штемпель покойной охранки, без чего человек считается не слишком надежным и малопригодным для партийной работы.

Это люди бесчестные. Их любимый и основной прием,—это шантаж. Они вечно пугают и застращивают. Им нужно, чтобы их боялись.

Oderint, dum metuant. Вот почему они всегда играют на самых низменных, на самых животных инстинктах толпы. Они будят в ней ненависть, слепую злобу, жадность, страсть к убийству и, разжегши чернь, прячутся за ее спиною, натравливая ее в нужном для них направлении. Со своей стороны, и чернь всегда старается опереться на авторитет "советов", когда это ей нужно и выгодно. Тут рука руку моет.

Вот под чьей властью мы находимся, вот кто хочет нами править бесконтрольно и невозбранно. Не ищите там ни ума, ни образования, ни честности, ни самоотвержения,—ни даже просто партийно-политического фанатизма. Там вы найдете только прикрытую громкими фразами беспринципность, там тупой и отвратительный эгоизм, там бесчестность и ложь, возведенные в систему, там беспросветная умственная темнота, там страшное засилье безумья, близкого к бреду, колеблющегося между манией величия и манией преследования. Там завистливая и злая свора, которая даже между собой не может хранить мира, а вечно грызется, как голодные собаки из-за кости.

Это торжество ничтожества, это триумф грязной мелкоты.

Идти дальше некуда. Будем ждать пресловутого сентябрьского „революционного парламента", но мы знаем заранее, что ничего нового он не принесет и не даст. Мы могли бы написать заранее речи и предложения, которые там будут произнесены, до того в зубах навяз их вечный пошлый шаблон.

И неужели правительство намерено серьезно считаться с этим трагикомедийным действом, которое обойдется бедной государственной казне еще в несколько миллионов.

"Московские Ведомости", № 198, 8 (21) сент. 1917 г.

 

 

Еще по теме

 

 

 

 

Категория: Революция. 1917 год | Просмотров: 41 | Добавил: nik191 | Теги: 1917 г., сентябрь, революция | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz