nik191 Среда, 26.07.2017, 17:43
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [217]
Как это было [346]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [53]
Разное [12]
Политика и политики [32]
Старые фото [36]
Разные старости [26]
Мода [235]
Полезные советы от наших прапрабабушек [227]
Рецепты от наших прапрабабушек [178]
1-я мировая война [1362]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [277]
Революция. 1917 год [225]
Украинизация [48]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2017 » Июль » 4 » В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 2
05:00
В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 2

 

Это открытое письмо Владимира Митрофановича Пуришкевича, известного политического и общественного деятеля начала ХХ века, лидера русских монархистов, основателя и главы партии Русский народный союз имени Михаила Архангела, очень наглядный пример того, как воспринимались первые итоги февральской революции в довольно значительной части русского общества уже по прошествии всего нескольких месяцев после ее свершения.

Текст письма по газете "Московские Ведомости", № 159, от 23 июля 1917 г.

 

Вперед!!!

Под двухцветным флагом

(Открытое письмо русскому обществу)

Часть 2.

 

„Делят ризы ее между собою и об одежде ее мечут жребий!
г. Керенский кричит: "Революция в опасностви!" а я вам говорю—гибнет наша Россия".

 

IV.

Не время сейчас, в тяжелые минуты, переживаемые родиной, искать виновников того состояния, в котором очутилась она; суд беспристрастной истории даст оценку людям и событиям настоящих жестоких дней, ведущих сейчас Россию к путям унижения и позора, но и теперь уже ясно, что не сила крайних революционных течений привела нас к той бездне, на краю которой мы находимся, а та неорганизованность русских общественных масс государственного порядка, которая так ярко сказалась с первых же дней революции и повела к захвату власти в отечестве нашем тем элементом, который способен только на дело разрушения.

Действительно, если бы в момент свержения династии Исполнительный комитет Государственной Думы, являвшийся единым и единственным органом власти в стране, не растерялся бы, не упустил бы ее из рук своих и проявил бы ту энергию воли, которая в часы переворота была так необходима, то, не подлежит ни малейшему сомнению, Россия удовлетворилась бы составом первого Временного Правительства и не очутилась бы в руках той революционной улицы, которая ныне диктует свою волю, захватным правом став у власти, ста восьмидесяти миллионному народу.

Но в том-то и горе наше, в том и историческая беда русского народа, что государственные элементы его неспособны были до сих пор к самостоятельной творческой работе и в течение длинного ряда веков чувствовали себя сильными, только под опекой служилого сословия, и как ни было изумительно ничтожно и продажно последнее в массе своей, оно, усвоив себе технику борьбы с крайними элементами страны, год за годом, день за днем подпирая со всех концов прогнившее русское государственное здание, не давало ему окончательно рассыпаться и рухнуть.

В минуты негодования у русского общества хватило смелости только для одного удара, оскорбленное в своих патриотических чувствах, униженное продажными холопами бывшего царя, оно смело династию и ее лакеев, но не сумело пойти дальше в деле государственного строительства и остановилось оглушенное своим собственным ударом!

Тот час, когда требовалась неустанная, созидательная работа, когда все заколыхалось и только властная рука и мощный голос могли бы призвать страну к спокойствию и порядку,—этот час русское общество проспало; он канул для него в вечность безвозвратно. Оно растерялось, оно сдало все свои позиции тем, которые меньше всего могли рассчитывать стать хозяевами положения, если бы цвет России был бы организованной ратью, способной не только к пассивной обороне, но и к превентивному наступлению. Увы!—этого не оказалось и у власти стали они. О, как они заработали!

В течение многих десятилетий ведя пропаганду из подполья и напрягая все свои силы для борьбы с русским правительством, изощряясь в мерах усыпить бдительность тайной полиции этого правительства, агентов сыска и охранных отделений в целях дать широкий простор распространению своих идей партийной литературой в русских общественных низах, они выработали в себе приемы и изумительную технику и тактику борьбы, закалились в этой борьбе и создали целый ряд подпольных учреждений и организаций, обладая крайне скудными средствами, добывавшимися разными путями.

И вот в тот час, когда в России разразилась революция и когда лучшие русские люди оказались, в силу своей неорганизованности, несостоятельными для успешного и мирного окончания лежавших перед ними новых ответственных, государственных задач, они все, амнистированные, с флагом „свобода" вышли из своего мрачного подполья и развили ту бешеную работу разрушения, коей до настоящего времени русское общество не успело еще поставить твердых и непреодолимых преград.

Свобода развязала им руки, опыт прошлого указал им пути, отсутствие власти исключало возможность им отпора; а демагогические лозунги их партий и программ влили потоки денег народных в их тощие социалистические кассы.

Кто перечтет сейчас ту бездну комиссий, которую образовал Совет солдатских и рабочих деп. по всем отраслям общественной и государственной жизни для дела пропаганды своих идей; но это не комиссии бюрократических органов власти старого режима, это не комиссии, создаваемые общественными организациями культурных классов, с государственным складом ума, там работа по сей день,—увы!—носила и носит характер чернильного делопроизводства, здесь всякий вновь создаваемый орган разрушения власти и порядка проявляет буйную энергию и дает знать о себе в самых отдаленных углах России.

Труден путь отвоевать утраченное и упрочить понимание значения истинной свободы в народных низах тем, которые должны приступить к делу своего объединения под дамокловым мечом террора социалистических и революционных партий, пресекающих с места самые слабые попытки отдельных государственно  настроенных единиц и групп к взаимной спайке в целях положить конец разгулу страстей народных, все глубже и дальше заливающему Россию.

Но при всей тяжести положения оно не безвыходно, оно носит в себе зародыши расцвета новой русской, здоровой государственности, ибо опьяненные размерами своего успеха разрушители понесли отечество наше в карьер под гору и с каждым днем, если не разум народный, то инстинкт национального самосохранения должен повелительно подсказывать России, как ей нужно дать отпор внутренним врагам ее над пропастью повисшего существования.

V.

Граждане, как ни ужасна русская действительность, как ни мрачна перспектива грядущего, мужайтесь, однако, мужайтесь, ибо вдумчивое отношение к происходящему заставит вас понять, что при всем засилье крайних левых элементов в стране они представляют подавляющее меньшинство.

Вглядитесь в итоги городских выборов в районные думы Петрограда: выборы эти дали как будто бы победу с.-р. и с.-д. они действительно получили почти все места, государственно настроенные элементы населения— остались за бортом, но это пиррова победа, я утверждаю это, всматриваясь в колонны цифр и вдумываясь в то, что читаю между строк этих много говорящих цифровых колонн.

Вот она перед вами—эта характерная страница первых русских общественных выборов на основании принципа всеобщего, прямого, равного и тайного голосования в тот час, когда народ еще опьянен вином революции, когда от носителей „свобод" своего рода население ждет великих благ для себя, когда работа их в городском хозяйстве—лишь дело будущего, когда вера в плодотворность этой работы еще не поколеблена фактами действительности и способами ее проявления.

Вот эта выборная таблица по главному очагу революции России—по Петрограду, неизмеримо больше растленному крайними левыми течениями—пропагандой большевиков и анархистов, чем вся прочая Россия, которую не успел еще целиком захватить и разнуздать бурный водоворот эксцессов событий февральских дней.

Вот эта таблица:



Cum tacent, clamant—в молчании их стон слышится, крик слышится, они говорят - эти колонны голосов от партии народной свободы, они говорят, как сплотились между собою все государственно настроенные в столице умы и сердца, они говорят о том, что под флагом партии народной свободы стали не только ее члены, но и люди всех прочих партий правее идущих, примкнувших к кадетам, отдавших свои голоса неведомым, быть может, даже кандидатам от той партии, которая, высоко поднимая флаг свободы, стоит, однако, сейчас на страже целости России и торжества в ней права и порядка, ибо без этого истинной свободы быть не может.

Вглядитесь, далее, в количество голосов, полученных по районам кандидатами социалистических и крайних революционных групп, припомните, что Совет рабочих и солдатских д—ов бесстыдно держит в Петрограде колоссальное количество войск, политически развращенную орду, состоящую из отдельных единиц, со всех концов России набранных, не имеющих ничего общего с интересами Петрограда, но подававших на выборах свои голоса партийно, дисциплинированной массой, за кандидатов, выдвинутых антигосударственными элементами России, возглавляемыми большевиками Совета рабочих депутатов.

И когда все это будет взвешено вами, гражданами России, то вы поймете, что моральную победу даже теперь, в дни общественного угара, одержала забитая и загнанная русская буржуазия, то есть тот обыватель, который молчит до времени, ибо еще не организован для широких активных выступлений, но который разбирается в событиях, понимает их смысл и значение, думает, чувствует и, найдя
вождей, выступит и победит!

Отнимите солдатские голоса, коими временно распоряжаются социалистические партии в Петрограде, и вы увидите, за исключением чисто фабричных и заводских районов столицы, в избирательных урнах кандидатов их партий начисто забритых; и это будет, не сегодня, не завтра, но это будет, ибо здравый смысл русского народа сметет, как ветер сметает и разносит шелуху, ту политическую рвань, которая сейчас дерзает говорить от имени России, застилая чадом своих речей наше униженное отечество и заставляя думать изумленный мир, что они—русский народ и единственный истолкователь его чаяний и воли.

VI.

Весь ужас положения настоящего дня заключается не в захвате власти крайними революционными силами, а в переоценке их значения и мощи русским обществом, оторопевшим от безудержной наглости тех, которые рванулись и стали у кормила русского государственного корабля.

Россия страдает от отсутствия организованных протестов всех классов населения против шайки проходимцев, в действительности трусливых, но сильных лишь молчанием общества.

Не следует забывать, что Стеклов—всего лишь Нахамкес, что Зиновьев всего лишь Апфельбаум, что Троцкий—всего лишь Бронштейн, что Каменев—всего лишь Гиммер,что Горев—всего лишь Гольденберг, что Ларин— всего лишь Лурье!

В тот час, когда русское общество высоко поднимет свою голову, когда оно заговорит языком власти, силы и государственного разума, они исчезнут, эти пигмеи, ведущие нас к террору черни, к безумствам анархии, смелеющие от того, что русская общественная мысль представляет собою кладбище, а не бурный источник живой воды, способной оздоровить больную родину и вывести ее на истинный путь демократической свободы и общественного порядка.

Не быть политическим трусом—вот главная задача, стоящая сейчас перед лучшими людьми России, не числиться в Никодимах—вот путь к ее спасению!

Печать? Нет, не здоровое слово печати при всем ее значении может спасти Россию. Как ни велико значение печати, но не она может вывести нас на торную дорогу!

Являясь носительницей различных политических учений и представляя некультурным массам возможность свободной их критики, печать, вечно и остро полемизирующая, в такие дни, какие переживает сейчас Россия, одна не может создать ту сплоченную моральную силу, без которой светлого будущего нам не видать.

Нужно твердо помнить, что русское общество сейчас уже определенно и ясно разбилось на пять категорий.

К первой из них принадлежит большинство народа, не сорганизованное, напуганное, подавленное событиями, настроенное твердо демократически, но жаждущее порядка; вся эта масса инертна, она не пойдет за главарями крайних течений, она ждет стройного отпора революции и покорится слепо в целях защиты истинных свобод, добытых народом, тем вождям, которых выдвинет Россия в защиту порядка.

Ко второй, очень немногочисленной группе, принадлежат фанатики идеи, люди, проникнутые самими возвышенными целями, восторженные идеалисты, живущие утопиями и совершенно не знакомые с условиями действительной жизни и быта своего народа; они вне времени и пространства, иногда серьезно образованные, а чаще много, но без толку перечитавшие, бурные и страстные витии, способные зажечь огнем своего пламенного красноречия людские сердца, эти люди, политические мученики, вспыхивают в дни революции яркой звездой, но и скатываются подобно звездам, оставляя ослепительный свет на красном небе революции, которая отворачивается в конце-концов от них, ибо они чисты, честны и возвышенны в своем служении идеалу, а всякая революционная толпа, стихийно толкающая их сзади, бессмысленна, дика и преступна,—к этой категории людей можно в русской революции причислить Керенского, Церетелли и Плеханова.

К третьей категории принадлежит та чернь, которая ищет личных благ в дыму пожара, ей нечего терять, ее возглавляют люди без принципов и убеждений, чуждые благородных духовных порывов, ищущие власти для власти с девизом: "хоть час, да мой", их сила—в дерзости и наскоке, орудие их борьбы, рассчитанное на психологию народных масс,—гипноз народа и террор слабодушных.

К четвертой категории относится та подлая среда бывших холопов старого правительственного режима, которая сейчас строит свою карьеру на подобострастном служении самым темным силам русской революции и низкопоклонно кадит им в целях дымом своего кадила заставить забыть свое грязное прошлое *).
И, наконец, пятая группа—это толпа неорганизованных людей инициативы, толпа возмущенных, протестующих, негодующих, способных на открытое выступление, но бессильных вследствие своей разбросанности, незнакомства друг с другом и лишенных возможности поэтому как выработать определенные приемы борьбы, так и повести за собою ту массу первой категории, которая откликнется немедленно как только увидит,что ее зовут не одинокие протестанты, а сплоченная духовная сила, нашедшая путь к победе в дни предстоящих столкновений.    

И вот при наличии этих пяти течений, необходимо, чтобы наиболее яркие представители пятого выступили открыто, не теряя времени, ибо потеря его сейчас— не ошибка, а преступление.

*) Самыми крайними революционерами сейчас являются гг. надзиратели Петропавловской крепости и "Крестов", служившие при старом режиме и оставленные на своих местах.

 

 

Еще по теме:

В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 1

В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 2

В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 3

В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 4

В.М. Пуришкевич. Вперед!!! Под двухцветным флагом (Открытое письмо русскому обществу). Часть 5

 

 

 

Категория: Политика и политики | Просмотров: 59 | Добавил: nik191 | Теги: 1917 г., Пуришкевич, Письмо, революция | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь
«  Июль 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz