nik191 Среда, 19.09.2018, 04:57
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [296]
Как это было [402]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [68]
Разное [17]
Политика и политики [78]
Старые фото [36]
Разные старости [34]
Мода [284]
Полезные советы от наших прапрабабушек [230]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1547]
2-я мировая война [124]
Русско-японская война [3]
Техника первой мировой войны [302]
Революция. 1917 год [675]
Украинизация [252]
Гражданская война [191]
Брестский мир с Германией [85]
Советско-финская (зимняя) война 1939-1940 годов [85]
Тихий Дон [36]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2018 » Июль » 10 » Полтавский бой
05:35
Полтавский бой

 

 

Полтавский бой

 

Свыше 230 лет назад, в 1708 году, прославленные своей непобедимостью и нагнавшие страх на всю Западную Европу шведские войска, предводительствуемые талантливым, но не в меру честолюбивым и самонадеянным полководцем Карлом XII, вторглись в пределы России. Принудив к позорной капитуляции датского короли Фридриха IV и саксонского курфюрста Августа, сместив последнего с польского престола и поставив польским королем своего избранника — Станислава Лещинского, Карл XII бросил своих войскам гордый лозунг: «На Москву!»

Но честолюбивым мечтам не удалось осуществиться. Вместо Москвы Карл XII едва дошел до Полтавы, где и нашла себе могилу вся его армия. Только пленным шведам удалось увидеть Москву...

Карл XII не знал России, не знал героической силы свободолюбивого русского народа. Он привык к раболепию польской шляхты, продававшей свою родину направо и налево, к немецким бюргерам, которые во время оккупации Карлом XII Саксонии за 30 миль спешили прислать ему ключи от городов и покорно снабжали каждого шведского солдата обильным пайком — двумя фунтами хлеба, двумя фунтами мяса и даже... двумя кружками пива в день!

Карл жестоко обманулся, когда рассчитывал встретить что-либо подобное в России. Как только он перешел русские границы, в шведской армии начался хронический голод. Шведские солдаты были поставлены на «подножный корм», они собирали на полях колосья, искали на брошенных огородах репу и капусту. Русское население уходило в глубь страны, уничтожая все запасы продовольствия и фуража, которые нельзя было вывезти, уводило с собой скот, сжигало постройки, разрушало мосты, заваливало лесные дорога. Карл XII, по меткому выражению военного историка Леера, «проходит подобно кораблю по неприятельскому морю, которое замыкается вслед за ним».

Шведы думали воевать с одной русской армией, а им пришлось воевать со всем народом.

Это был не единственный просчет Карла XII. Он недооценил огромного труда, затраченного Петром I после начала Северной войны на преобразование армии, на ее организацию, обучение и техническое оснащение. Карл рассчитывал встретить на своем пути нечто вроде все той же толпы новобранцев, которая, горя храбростью, не умела воевать, не имела чем воевать и вынуждена была в 1700 году отступить из-под Нарвы перед профессиональной, натренированной и хорошо вооруженной шведской армией.

Кроме того Петр к этому времени блестяще решил проблему отечественного командного состава. Он прекрасно понимал, что наемные генералы и офицеры не способны драться за русскую землю не щадя жизни. Под Нарвой во главе почти всех наскоро собранных русских полков стояли иностранцы, и всей русской армией командовал немецкий герцог фон-Круа, который в решающую минуту перебежал на сторону противника и увлек за собой большую часть иностранного офицерства.

Но к 1708 году положение радикально изменилось. Действуя смело и энергично, Петр во многом преодолел косность и рутину, дикость и невежество правящего класса — дворянства, чуравшегося новшеств. Создавая регулярную армию Петру пришлось прибегнуть к принудительному обучению дворянских «недорослей», чтобы создать свои отечественные командные кадры.

Подстегиваемый постоянной опасностью шведского вторжения,

«Петр ускорял перенимание западничества варварской Русью, не останавливаясь перед варварскими средствами борьбы против варварства». (Ленин, соч., т. XXII, стр. 517).

Петр I сознавал трудности борьбы с сильнейшей армией в мире, какой было тогда шведская армия. Европа еще жила воспоминаниями о победах шведского короля Густава-Адольфа над войсками «священной Римской империи германской нации» в тридцатилетнюю войну (1618 — 1648 гг.), которые обеспечили Швеции господство над Балтийским морем. В 1700— 1714 гг. почти вся Европа была захвачена «войной за испанское наследство». Эта изнурительная война привела к ослаблению Франции и других государств.

Швеция использовала это ослабление в своих захватнических целях. Карл XII, продолжая захватническую политику своего предшественника, прошел походным порядком через Данию, Польшу, Саксонию.

Сознавая трудности борьбы со шведами, Петр не колебался и не терял веры в силу русского оружия. Петр сознавал огромную техническую отсталость своей страны, но ему было ясно, что экономическому, техническому и культурному развитию России препятствует Швеция, которая захватила в начале XVII века исконные русские земли на восточном побережье Балтийского моря, лишив этим Россию выходов к морю и изолировав ее от остального мира. Указывая на это обстоятельство и отмечая прогрессивность Северной войны для России, К. Маркс писал в одной из своих работ:

«Ни одна великая нация никогда не существовала и не могла существовать в таком удаленном от морей положении, в каком находилось первоначально государство Петра Великого». (К. Маркс «Секретная дипломатия XVIII века»).

Война со Швецией, начавшаяся в 1700 году, была для России справедливой, прогрессивной войной за возврат исконных русских земель, оккупированных в XVII веке шведами. Вернув эти земли. Петр сразу же предложил Швеции мир, но Карл XII, возомнивший себя после побед в Дании, Польше и Саксонии «северным Александром», на предложение Петра ответил в 1708 году вторжением в пределы России с запада Россия была единственным препятствием на пути к безраздельному господству Швеции на Балтийском море. Дания была укрощена, Польша обескровлена, и острие шведской агрессии было теперь направлено в грудь России. Ближайшими объектами агрессивных вожделений Карла XII были Псков и Петербург, а затем и Москва.

Петр I сумел в течение нескольких лет мобилизовать огромные ресурсы, материальные и людские, для отпора шведам. Вторжение армии Карла XII в пределы русской территории подняло весь народ на справедливую отечественную войну против захватчиков.

Петр I приложил все силы к тому, чтобы подготовить страну к разгрому «непобедимых» шведов. Создавая постоянную армию и с 1703 года — Балтийский флот, он одновременно взялся и за преобразование промышленности. Нельзя было воевать со шведами, покупая для этой цели пушки у... шведов. После первой победы Карла XII Голландия, бывшая поставщиком оружия, отказалась продавать России оружие, боясь репрессий со стороны Швеции. Надо было создать свои артиллерийские и оружейные заводы, свою металлургию. Нельзя было воевать со шведами без флота, а для этого надо было создать кораблестроительную и парусиновую промышленность.

«Когда Петр Великий, имея дело с более развитыми странами на Западе, лихорадочно строил заводы и фабрики для снабжения армии и усиления обороны страны, то это была своеобразная попытка выскочить из рамок отсталости». (И. Сталин. «Об индустриализации страны и о правом уклоне в ВКП(б)». Ленин и Сталин. Сборник произведений к изучению истории ВКП(б), т. III, стр. 315).

«Господа шведы», привыкшие к паническому бегству противника, в 1708 году брали с боя каждый вершок земли русской. Русская армия отступала, считая, что не настало еще время для генерального сражения, постоянными стычками с отдельными отрядами шведов изматывало их силы, училась искусству побеждать.

Тактика Петра и его талантливых сподвижников — Шереметьева и Меньшикова — целиком оправдалась. Шведская армия постепенно таяла количественно и, что еще важнее, теряла свою самоуверенность, а русская армия крепла, все более и более осознавала свою грозную силу. Качественный моральный перевес русской армии очень быстро обозначился после первых же сражений на русской территории.

Военные историки обычно преуменьшают количественную силу шведов в момент их вторжения в Россию и, наоборот, преувеличивается количество русских войск. Между тем Карл XII в 1708 году имел под ружьем весьма могущественную стотысячную армию. Кроме того в Швеции насчитывалось до 20 тысяч человек готового резерва. В случае малейшего успеха шведов вся эта армия хлынула бы на территорию России.

Русская армия уступала количественно шведской армии, но она уже научилась бить противника меньшим числом и побеждать «малой кровью», что было особенно ярко засвидетельствовано разгром корпуса Левенгаупта 28 сентября 1708 г. при деревне Лесной (около Пропойска).

Карл XII, отчаявшись пробиться в Москву прямым направлением, через Смоленск, надеялся с помощью вероломного гетмана Мазепы, турок, крымских татар и поляков взять ее с юга. 14 сентября 1708 года он неожиданно повернул на Украину, не дождавшись соединения со вспомогательным корпусом Левенгаупта, двигавшимся с севера. Петр не замедлил воспользоваться ошибкой своего противника. Левенгаупт 21—22 сентября перешел Днепр у Шклова и начал пробираться тайком на юг, к Стародубу, где ему было предложено соединиться с главными силами. Как ни плохо была поставлена разведывательная служба в русской армии того времени, но она не могла потерять из вида 16-тысячного корпуса, за которым к тому же тянулось 5 тысяч телег обоза с продовольствием и боеприпасами из Швеции. Для операции по разгрому Левенгаунта Петром был создал так называемый «кор-волант» —    летучий корпус, состоящий из пехоты, кавалерии и легкой артиллерии, впервые примененный Петром I в русской армии. 27 сентября Петр во главе 10-тысячного корпуса настиг Левенгаупта. 28 сентября произошел кровавый бой, в котором русские войска одержали полную и блестящую победу, несмотря на сильный перевес шведов. На поле боя осталось свыше 8 тысяч шведских трупов, между тем как русских было убито немногим более тысячи человек. Весь шведский обоз и вся артиллерия корпуса (16 пушек) были захвачены русскими.

Петр справедливо называл победу при Лесной, достигнутую ровно за 9 месяцев до Полтавы, «матерью полтавской баталии».

«Сия у нас победа, — писал Петр, —    может первая назваться понеже над регулярным войском никогда такой не бывало, к тому же еще гораздо меньшим числом, будучи перед неприятелем, тут первая проба солдатская была и людей, конечно, ободрила».

Почти одновременно Апраксин разбил шведский корпус Любекера на севере. Стал явно намечаться конец былой славы «непобедимых» шведов.

Измена Мазепы не дала Карлу ХII ожидаемых им результатов. Украинский народ поднялся не против России, к чему призывали многочисленные манифесты Карла, а против продажного гетмана, пытавшегося вернуть Украину под ярмо польских панов, и против его покровителя — короля шведского.

Украинский народ в тесном содружестве с братским русским народом оказывал упорное сопротивление захватчикам.

О силе этого сопротивления можно судить хотя бы по такому факту: небольшую деревушку Алешню (на правом берегу Ворсклы) шведскому генералу Гамильтону пришлось брать приступом, хотя в ней не было ни одного русского солдата.

Проведя голодную и холодную зиму на Украине в мелках стычках с русскими войсками, грабя, разоряя и сжигая сопротивляющиеся украинские деревни, Карл XII 1 апреля 1709 г. избрал объектом своего нападения город Полтаву. Полтава его прельщала своими продовольственными запасами. о которых он знал от Мазепы, и как опорный пункт, где можно было выждать помощи от крымского хана, турецкого султана, от своего ставленника — польского короля.

Осадив Полтаву, Карл ХII заявил своим генералам, что русские, засевшие в такой «ничтожной» крепости, сдадутся при первом пушечном выстреле по городу. Однако ничтожная крепость с четырехтысячным гарнизоном. проявив изумительную стойкость, не сдалась и приковала к своим стенам всю шведскую армию на три месяца (с 1 апреля по 27 июня). За период осады героический гарнизон Полтавы, во главе с его замечательным начальником полковником Келлиным, покрыл себя неувядаемой славой. За один только апрель осажденные отбили ряд штурмов и сами совершили 12 успешных вылазок, разрушая осадные сооружения шведов и захватывая у них пушки и другое оружие.

Против подкопа шведов под полтавский крепостной вал осажденные 23 апреля подвели встречный подкоп и, вынув заложенный шведами порох, приготовились к отражению штурма.

Когда 3.000 шведских войск близко подошли к стенам крепости, их встретил дружный залп полтавского гарнизона. Потеряв убитыми 60 человек, шведы отступили. На помощь полтавскому гарнизону спешили войска Петра. 900 солдат под командой бригадира Головина переоделись в шведское обмундирование и в момент смены шведских караулов приблизились к стенам Полтавы.

На вопрос: «Кто идет?», Головин ответил по-немецки, что он ведет команду на осадные работы под Полтаву. Отряд пропустили и только у самой Полтавы уловка русских была обнаружена. Но было поздно — русские солдаты штыками проложили себе путь к крепости. Они перекололи до 200 шведов и присоединились к осажденному гарнизону, потеряв в этой смелой операция 18 человек убитыми и 33 человека ранеными.

Петр принимал все меры к тому, чтобы поднять дух защитников гарнизона.

В начале июня в письме, посланном в пустой бомбе. Петр благодарил гарнизон за его героические подвиги и сообщил, что он надеется вскоре освободить город от осады.

Это письмо было прочитано в ратуше, и полтавчане поклялись сражаться до последней капли крови, но города не сдавать.

С другой стороны, самонадеянный и гордый Карл считал взятие Полтавы делом своей чести. Об его упорстве говорит такая фраза:

«Если бы бог послал ангела небесного с приказанием отступить от Полтавы, то я и тогда бы не отступил».

Карл XII Полтавы не взял и не отступил, а... бежал без оглядки после разгрома всей его армии в Полтавской битве.

«Карл XII, — писал Ф. Энгельс, — сделал попытку проникнуть внутрь России: этим он погубил Швецию и показал всем неуязвимость России».

Некоторые историки, особенно иностранные, пытаются сопоставлением неточных цифр умалить подвиг русских войск в Полтавском сражении, сводя все дело к количественному перевесу русских, хотя перевес этот был незначительным. Ко дню сражения под Полтавой русских войск было 58 батальонов пехоты и 17 полков кавалерии. Учитывая, что в непрерывных мелких сражениях русская армия несла потери, которые при тогдашних средствах передвижения не могли быстро восполняться, налицо был большой некомплект (в батальоне было не свыше 500 человек, а в кавполку — не свыше 800 человек). Общая численность наличных русских войск, сосредоточенных под Полтавой, не превышала 42 тысяч человек. Примерно столько же русских войск было в 1700 году и под Нарвой, но они тогда отступили перед восемью тысячами шведов. Под Полтавой сила шведов была почти в четыре раза большей, чем под Нарвой (26 батальонов пехоты и 22 полка конницы). Если даже учесть, что у шведов в силу больших потерь соответственно был и больший некомплект, то и тогда количественные силы шведов доходили до 30 тысяч человек.

Но сила русских войск была не только и не столько в их численном превосходстве. Из реляции Петра 1 известно, что в самый решительный момент Полтавского сражения одна первая линия русской пехоты в 10 тысяч человек обратила в бегство всю шведскую армию, так что «вторая линия до того бою не дошла, ибо непобедимые господа-шведы скоро хребет показали!, и русские, как писал Петр, «не шадили живота своего, на тысячу смертей устремлялись небоязненно.

Русские солдаты сознавали, что под Полтавой в долгожданном генеральном сражении решается судьба их родины, ее независимости. Огромное моральное превосходство русских солдат, защищавших свою родную землю, над профессиональным шведским войском, проливавшим кровь за чуждые ему захватнические интересы, и привело к победе русских.

Шведские солдаты, уже 8 лет оторванные от своей страны, были деморализованы голодной зимой на Украине, безуспешной осадой Полтавы и не прекращавшимися стычками с русскими войсками. От былой самоуверенности и прославленной дисциплины в шведской армии не осталось и следа. Началось дезертирство, все более учащались случаи неповиновения солдат офицерам.

Карл XII, желая ободрить свою армию, хладнокровно шел под пули, во достигал прямо обратного результата — солдаты говорили:

«Он ищет смерти потому, что чувствует дурной конец».

25 июня к русским перебежал поляк, который сообщил, что 27 июня шведы начинают бой. Петр начал усиленную подготовку к генеральному сражению. Под его руководством русская армия сумела не только выбрать превосходную позицию для сражения, но и применить смелое новшество, позволяющее быстро перейти от оборонительного боя к наступательному, когда ряды противника расстроены. Петр построил впереди своего расположения несколько земляных укреплений — редутов, на которые должны были наткнуться шведские войска, ходившие в бои сомкнутым строем.

Накануне сражения Петр издал знаменитый приказ:

«Воины!.. Се пришел час, который должен решить судьбу отечества. Вы не должны помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство Петру врученное, за род свой, за отечество...; а о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе для благосостояния вашего».

Этот приказ и горячие речи Петра к войскам сыграли исключительную роль в исходе решающего боя.

Ранним утром 27 июня Кард ХII начал сражение.

Перед сражением Карл XII, раненый накануне, объезжал в качалке свои войска и напоминал о Нарве. Но Нарва была безвозвратно прошедшим днем. Перед ним была новая русская армия.

«И злобясь видит Карл могучий
Уж не расстроенные тучи
Несчастных нарвских беглецов,
А нить полков блестящих, стройных,
Послушных, быстрых и спокойных.
И ряд незыблемый штыков».

И все же

«...слабым манием руки
На русских двинул он полки».

Русские солдаты из редутов в упор расстреливали густые колонны шведов. Пытаясь прорваться между редутами, шведы попали под обстрел 72 орудий Петра, нанесших тяжелый урон врагу. Вскоре русские войска перешли в наступление.

Встречный удар русских войск был неотразим. Шведы быстро были опрокинуты на всех участках боя. Все поле было усеяно трупами. Когда шведские солдаты с ужасом и без оглядки побежали с поля боя, Карл велел поднять себя перед войском и закричал в отчаянии:    

«Шведы,  шведы!»

Но все было напрасно: разгром был полный и окончательный. Если русские во время сражения потеряли 1.345 человек убитыми и 3.290 ранеными, то на поле Полтавской битвы было найдено 9.324 шведских трупа. Всего во время сражения у Полтавы 27 июня 1709 года и через два дня на переправе у Переволочны русскими было взято свыше 18 тысяч пленных. Среди них оказался весь шведский генералитет, начиная с фельдмаршала Реншельда, и 1.160 офицеров. Среди многочисленных трофеев было 264 штандарта и знамени.

21 декабря 1709 года вся пленная шведская армия продефилировала по улицам Москвы. Она шла по 4 человека в ряд, и таких рядов москвичи насчитали 5.520. С шведской «непобедимой» армией было покончено. Основным результатом шведского вторжения в Россию явилось уничтожение шведской армии.

Победа при Лесной 28 сентября 1708 года, героическая трехмесячная оборона Полтавы, исключительные доблесть и отвага, проявленные русскими войсками в «полтавской баталии»,—являются ярким свидетельством непобедимого патриотизма русского и украинского народов, кровью своею отстоявших свою родину от захватчиков. И после Полтавы — вплоть до наших дней — всякий раз, когда находились неспокойные и неумные охотники до нашей земли, они получали сокрушительный отпор. Советский народ, разгромивший в годы гражданской войны полчища интервентов и белогвардейцев, создавший непобедимую Красную армию, продемонстрировал это как нельзя более наглядно.

Известный немецкий ученый и философ Лейбниц, современник Северной войны, веривший вначале, что Карл XII сумеет покорить Россию до Амура, переменил свои взгляды после Полтавской битвы и называл ее «достопамятным событием в истории и полезным уроком для позднейших поколений».

Чтобы заставить шведов уважать неприкосновенность границ русского государства, оказалось недостаточным уничтожить шведскую армию под Полтавой и шведский флот в морских сражениях у мыса Гангут (1714 г.) и у острова Гренгам (1720 г.). Петру пришлось перенести войну на территорию Швеции. В 1719 и в 1720 годах русские войска дважды сделали опустошительные вылазки на берега Швеции и угрожали ее столице — Стокгольму. Только это принудило Швецию подписать 30 августа 1721 года в гор. Ништадте мир, по которому шведские короли навсегда отказались от притязаний на исконные русские земли.

Старший политрук В. ПЛОТИЦЫН.

 

Красная звезда, № 130, 10 июня 1939 г.

 

 

 

Категория: Исторические заметки | Просмотров: 27 | Добавил: nik191 | Теги: 1709 г., полтава, Битва | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz