nik191 Четверг, 27.04.2017, 06:18
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [203]
Как это было [333]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [52]
Разное [12]
Политика и политики [25]
Старые фото [36]
Разные старости [26]
Мода [224]
Полезные советы от наших прапрабабушек [226]
Рецепты от наших прапрабабушек [176]
1-я мировая война [1264]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [269]
Революция. 1917 год [106]
Украинизация [10]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2014 » Июль » 25 » Первая мировая война. Отклики на австрийский ультиматум Сербии
07:14
Первая мировая война. Отклики на австрийский ультиматум Сербии

Ровно 100 лет назад началась первая мировая война. Прологом войны стал ультиматум Австро-Венгрии правительству Сербии в связи с убийством эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево.

Сегодня начинаю большую серию статей по публикациям старых газет, освещающим события того времени.

 

Отголоски австрийского ультиматума Сербии.

 

Подробнее

 

ВЪ РОССIИ

 

Нота России.

Русское правительство не замедлило отозваться на этот ультиматум нижеследующей многозначительной нотой:

«Правительство весьма озабочено наступившими событиями и посылкой Австро-Венгрией ультиматума Сербии.

Правительство зорко следит за развитием сербско-австрийского столкновения, к которому Россия не может оставаться равнодушной».

ИЗЪ ГАЗЕТЪ

 

Газеты приветствуют твердый и спокойный образ действий России

Газеты всех оттенков с полным единодушием приветствуют твердый и спокойный образ действий России в славянском вопросе и по достоинству оценивают действия Австрии и Германии.

 

Характерную оценку знаменитого ныне по цинизму манифесту императора австрийского делает «Петербургский Курьер».

„Наконец, мы можем познакомиться с историческим документом, который навсегда останется образцом безоглядного обращения с истиной.

В том обращении к своим народам, какое теперь выпустил император Франц-Иосиф, при самом зорком и внимательном желании найти малейшие крохи правды приходится бросить всякую надежду.

Весь манифест в отношении Сербии есть сплошная заведомая клевета, уверенно и откровенно смеющаяся в глаза всем доказательствам, всяким очевидностям, всяким фактам.

Старая басня о волке и ягненке повторяется в огромных размерах. Виновная в том, что замутила австрийский водопой— Сербия обрекается на съедение, и при этом австрийские волки внушительно читают ей правила высшей морали.

Люди, создавшие фальшивые документы, государство, превратившееся в отношении соседей в фабрику крапленых карт, дипломаты, игравшие этими картами, облекаются в одежды проповедников и защищают добродетель.

Посланники, историки, императорские прокуроры, главы наместничеств, председатели судов—все, кто неустанно лгал и передергивал, клеветал и хвастался этим, все они говорят со страниц манифеста с народами Австрии, „толпящимися у престола".

В отношении этих народов снова та же беззастенчивая неправда.

Не народы ли Австрии толпились вокруг престола в 1848 году, заставляя теперешнего императора умолять о помощи великую Россию?

Да, они „толпились" тогда около престола и против этих „любящих толп" молодой тогда император звал на помощь русскую армию и направлял на венские площади пушки и штыки армии Радецкого.

Не эта ли историческая картина видится авторам австрийского манифеста, когда они спокойно извращают факты и делают бывшее не бывшим?

Наконец и теперь осадное положение, объявленное в Чехии, общественные деятели и члены рейхсрата, засаженные в тюрьмы, 40 тысяч арестованных босняков, все это новые иллюстрации к старым истинам, новые припевы к тем песням.

Надо отдать справедливость всей печати союзных нам государств и за ничтожными исключениями всей печати России.

Поведение Австрии нашло себе с самого начала должную оценку в охватившем честных людей возмущении и протест, и голос, поднятый Россией, расширялся до выражения порицания всеми народами мира.

 

«Голос Москвы» пишет:

„Русское общество никогда не отличалось шовинизмом и воинственностью. Наоборот, оно часто грешило другой крайностью и впадало в излишества пацифизма. И если, тем не менее, оно все-таки единодушно поняло невозможность для России оставаться равнодушной зрительницей развертывающихся событий, то это означает, что в самых широких общественных кругах глубоко сознана историческая миссия России в великой славянской семье.

Россия выступает в создавшемся конфликте совершенно бескорыстно. Она не жаждет никаких приобретений, никаких выгоде, чего нельзя сказать о намерениях Австрии и Германии, в течение нескольких лет державших Европу под постоянным опасением европейской войны со всеми ужасами ея последствий.

Стараясь удержаться в рамках миролюбивой политики, Россия не один раз шла на уступки, порой даже обидным для нашего национального самолюбия. Но и русскому миролюбию есть предел, дальше которого оно не можете простираться, и за этот предел Россия вызвана австро-германской политикой. В таком случае, пусть будет то, что должно быть. Россия, с своей стороны, сделала все, что только было в ее силах для сохранения мира, и не ее вина, если ее усилия не увенчаются успехом. Великая славянская держава не может оставить на произвол судьбы обреченную на гибель Сербию и, тем более, не может подчиниться требованиям о невмешательстве в конфликте, созданный столь явно провоцированной Австрией.

Быстрота и решительность действий русского правительства дают основания предполагать, что Россия вполне готова ко всяким случайностям и никакое осложнение не встретит ее врасплох.

 

«Русский Инвалид» приводит из «Света» следующее доказательство пробуждения славянской крови.

„Накануне столкновения германского и славянского миров поляки чувствуют себя братьями русских. Это настроение сказывается, как в серьезных политических газетах, так и в более доступных народу и распространенных листках. Варшавский журнал „Миchа" в номере от 11-го июля (24-го Liрса) помещает необыкновенно горячее, страстное стихотворение, озаглавленное:

„Где наибольший враг?"

„Свет" приводит его в прозаическом переводе.

„Заговорили теперь об едином фронте, которого должны держаться все поляки в тот час, когда Марс, запалив фитиля пушек, призовет державы к кровопролитному бою. „Муха" не может в шутливой беседе указать, какого пути держаться народу, но восклицает и будет восклицать: „никогда с пруссаком!“

Народ, в котором теплится дух меченосцев, на совести которого лежит столько грабежей, народ, которого даже имя украдено от литовского племени, не может ни в каком случае идти под одним знаменем с поляками. Нужно помнить, постоянно, при всяком деле: „никогда с пруссаком!"

Некогда был этот народ нашим вассалом, мы же его вскормили и выходили, вместо того, чтобы добить его силою оружия, затоптать на веки гнусную змею. Мы же дали ему возможность стать государством, и первые назвали его королевством. Но теперь душа всем естеством своим трепещет: „никогда с пруссаком!"

Он первый заявил, чтобы нас разодрали на части, от него поляк всегда терпел муки; для своего бытия он добивается нашей смерти и полного уничтожения Польши. Этот палач Великой Польши ведет свой натиск вперед без оглядки. Внимай народ и твердо запомни: „никогда с пруссаком!"

Каким бы голосом сирены ни прельщал он нас, какие бы песни ни играл на эоловой арфе, не свяжем мы своей судьбы с его судьбою, помня печальную участь Великой Польши. Никто не причинил нам таких опустошений, какие сделал он, гнетя своим железным кулаком. Как бы он ни каялся, ни извинялся—„никогда с пруссаком!"

Народ польский изгоняется из деревень и городов, гонимый насилием. Пройдут еще сто лет и, может быть, в земле Пяста не останется и воспоминаний о Польше. Если дорого нам бытие народа, если не хотим мы идти на кладбище, то можем мы сблизиться с жесточайшим врагом, но „никогда с пруссаком!"

Такой отклик поляков на события весьма знаменателен и должен заставить задуматься политиков и по ту сторону Вислы, строящих свои планы на ослабление сил России внутренними раздорами. Общий враг чувствуется всеми славянами одинаково".

 

ВЪ ЕВРОПЕ

 

ПАРИЖ. Австрийский посол принял временно управляющих министерством иностранных дел, которому посол передал копии австрийской ноты сербскому правительству и особую ноту, объясняющую необходимость предпринятого Австрией шага. Австрийская нота вызвала на бирже значительное понижение всех бумаг, не носившее характера паники.

— "Теmps“ считает требования Австрии недопустимыми и клонящимися к нарушению независимости и суверенитета Сербии. Угрозы Сербии являются угрозой европейскому равновесию. Международный метод, принятый Англией и Россией для разрешения гулльского инцидента, можно бы применить к возникшему недоразумению. Применение грубой силы не может быть допущено.

ПАРИЖ. «Journal des Debats» говорит, что покушение, подготовляемое Сербиею, недопустимо. Сербия должна согласиться на все требования, совместимые с ее независимостью, произвести расследование и указать виновников, но если от нее требуют большего, она в праве отказать; если против нее употребят силу, Сербия не тщетно будет взывать к общественному мнению Европы о поддержке великих держав, поставивших задачей охранение равновесия.

ЛОНДОН. "Westminster Gazette" говорит, что если утверждение относительно связи Белграда с убийством эрцгерцога справедливо, то Сербия, конечно, должна немедленно удовлетворить требования Австро-Венгрии. „Еvenings Standart" находит, что положение затруднительно, ибо ультиматум направлен против преступной анти-австрийской деятельности и наносит удар самым дорогим Сербии замыслам. Осуждением велико-сербской пропаганды Сербия, конечно, нанесет ущерб своему престижу, однако, сопротивление истощенной последними войнами Сербии повлекло бы за собою крушение лелеянного ею проекта железной дороги к Адриатическому морю через Албанию. Россия слишком заинтересована этой линией и, несомненно, окажет серьезное давление, чтобы Сербия пошла на уступки. В Белграде сознают низость сараевского события, поэтому Сербия должна пойти на унизительное примирение, даже тяжелое. „Standard“ полагает, что ультиматум будет удовлетворен.

БЕРЛИН. Газета «Germania» полагает, что австрийская нота во всей цивилизованной Европе подействует, как освобождение от тяжкого гнета.

БЕРЛИН. Обсуждая выступление Австрии, «Locaianzeiger» говорит, что Сербия должна или выполнить требования Австрии, или погибнуть. «Вегliпег Таgеblatt» считает австрийские требования совершенно основательными. «Кгеuzzeitung» полагает, что раз Сербия в своих попытках провоцировать Австрию считала возможным рассчитывать на поддержку России, Австрия обязана оказать самое серьезное противодействие своему беспокойному южному соседу и поставить перед ним вопрос о войне или мире. «Deutschе Tageszeitung» пишет: Нельзя серьезно допустить, чтобы какое-либо государство могло побудить Сербию к противодействию или создать затруднения Австрии. Менее всего ждем этого от России. Если, против ожиданий, локализация конфликта станет невозможной, Германия без колебаний всеми силами выполнит союзнические обязанности".

 

ВЪ АВСТРО-ВЕНГРИИ

ВЕНА. „Fremdenblatt", поддерживая выступление австрийского правительства в Белграде, находит, что "требования" эти являются плодом продолжительного и тщательного размышления и не выходят за пределы безусловно необходимого (?) порога нашего дома. Под влиянием великосербской идеи создалось положение, дальнейшее существование которого мы не можем допустить. Прискорбное событие в Сараево доказало, что кампания против нас ведется с упорной энергией. Последствия пансербизма неоднократно давали себя знать и серьезно отражались на экономической жизни монархии. Дальнейшее терпение приведет к тому, что агитаторы, обвиняющие нас в злоупотреблении силой, истолкуют нашу терпимость как признак слабости, боязни и недостатка энергии. Осуществляя нашу волю, мы заставим сербский народ понять истинное положение дел, и он увидит, что был обманут. Великосербское движение разбивается о гранитную стену; монархия воодушевлена решимостью безусловно противодействовать этому движению. Ни одно государство не может пожертвовать своим авторитетом, жизнью высокопоставленных лиц, спокойствием и экономическим преуспеянием фанатизму движения, имеющего конечной целью отторжение от этого государства части его провинций и в стремлении к этой цели пользующегося всеми средствами. Сербии дан краткий срок. Мы не желали бесполезно затягивать кризис, а желаем как можно скорей урегулировать невыносимое положение и убедить сербов, что мы одушевлены решимостью добиться разрешения. Сербия в предоставленный срок, надеемся, подчинится нашим требованиям. Сербия не должна сомневаться в нашем твердом намерении настаивать при всех обстоятельствах на нашей точке зрения, равно как в нашем искреннем желании в будущем установить самые лучшие отношения между Сербией и Австро-Венгрией“.

— Венгерский министр финансов Телески сделал днем представителям группы банков сообщение о выступлении в Белграде, дабы денежный рынок не был не подготовлен. Представители банков нашли, что венгерский народ и венгерское народное хозяйство в состоянии оказать соответствующее сопротивление, и что нет оснований опасаться осложнений в экономической жизни. В заключение банкиры заявили, что они сознают обязанность успокоить публику и предохранить ее от беспричинных потерь.

ВЕНА. "Соrrespondenz Вurеаu" сообщает, что непреклонная решимость, проявленная австрийским правительством в его выступлении в Белграде, как явствует из венгерских газет, вызвала всеобщее удовлетворение и единодушное одобрение. Всеобщая подавленность, существовавшая со времени сараевскаго преступления, сменилась оживлением.

ВЕНА. Австрийскому посланнику в Белграде поручено со всем составом миссии покинуть Сербию, если к указанному ультиматумом сроку сербское правительство не уведомит о своем безусловном согласии выполнить предъявленные требования.

БУДАПЕШТ. Тисса заявил, что предпринятый в Белграде шаг не нуждается ни в оправдании, ни в объяснениях. "Всякому ясно, что не страсть и не возмущение руководят нами, но зрелое размышление. Наш шаг носит серьезный характер, но не является агрессивным выступлением. Наше выступление не является актом, направленным к тому, чтобы вызвать войну,—мы требуем лишь исполнения соседских обязательств. В виду этого можно ждать, что Сербия удовлетворит наши требования. Монархия желает мира и стремится поддержать его. Конечно, мы ясно сознаем последствия нашего шага и будем нести эти последствия в убеждении, что выступление наше требовалось жизненными интересами монархии".

 

Еще по теме:

Первая мировая. Сараевское убийство.

Первая мировая война. Австрийский ультиматум Сербии

Первая мировая война. Отклики на австрийский ультиматум Сербии

Первая мировая война. Ответ Сербии на австрийский ультиматум

Первая мировая война. Предчувствие войны

Первая мировая война. Несбывшиеся надежды

Первая мировая война. Начало. 28 (15) июля 1914 года

Первая мировая война. 29 (16) июля 1914 года. Частичная мобилизация в России

Первая мировая война. Накануне. 30 (17) июля 1914 года

Первая мировая война. Предъявление Германией ультиматума России. 31 (18) июля 1914 года

Первая мировая война. Объявление Германией войны России. 1 августа (19 июля) 1914 года

Первая мировая война. Объявлении состояния войны России с Австро-Венгрией. 2 августа (20 июля) 1914 года

Первая мировая война. 3 августа (21 июля) 1914 года

 

 

 

 

 

Категория: 1-я мировая война | Просмотров: 659 | Добавил: nik191 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь
«  Июль 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz