nik191 Пятница, 22.09.2017, 00:13
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [225]
Как это было [359]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [54]
Разное [12]
Политика и политики [33]
Старые фото [36]
Разные старости [27]
Мода [238]
Полезные советы от наших прапрабабушек [228]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1422]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [279]
Революция. 1917 год [317]
Украинизация [65]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2016 » Сентябрь » 11 » Первая мировая война. Мой побег из плена. Рассказ рядового
07:47
Первая мировая война. Мой побег из плена. Рассказ рядового

 

Материал из журнала "Нива" за сентябрь 1916 года.

 

Ужасы германского плена не только не угашают духа наших рядовых героев, но, наоборот, нередко перерождают их в сказочных богатырей.

 


Подвиги, совершаемые ими для освобождения из плена, обнаруживаемая ими изобретательность поражают своей гениальностью. Прекрасной иллюстрацией этого может послужить приводимый нами бесхитростный рассказ унтер-офицера Трофима Саранина, организовавшего побег партии пленных из германского дисциплинарного лагеря в Кассельбрюке.

 


Наш барак был расположен на совершенно открытом месте. Вблизи не было ни деревца ни кустика, за которыми можно было бы укрыться. И все же мысль о побеге из плена и возвращении на родину не покидала меня. Часть моих товарищей доверилась мне, и мы сообща обсудили план побега.

Не легка была наша работа. К счастью, мне удалось украсть напильник у немцев, производивших ремонт в нашем бараке. При помощи этого напильника и столового ножа, который нашелся у одного из моих товарищей, я вырезал в полу барака отверстие. От печки мы отодрали кусок жести и соорудили из нея лопату, а затем начали упорно рыть под полом подземный ход к торфяному болоту, находившемуся в расстоянии сорока пяти аршин от барака.

Устройство подземного хода отняло у нас сорок три дня, так как работать можно было только урывками, когда за нами не следили часовые. Освещением служили нам спички, карманный электрический фонарь и мазь для сапог, которую мы накладывали в баночку и зажигали.

Велика была наша радость, когда наконец подземный ход был прорыт. Желающих бежать оказалось семьдесят человек. Мы разбились на партии в четыре-пять человек. У всех нас были маленькие карты Германии: их мы скопировали с настоящей карты, которую мы при переезде в дисциплинарный лагерь сорвали со стены вагона.

В ночь на первое июня, после смены часовых, мы построились по партиям и спустились в подземный ход. Там набралось воды по грудь, и к тому же было очень душно. Сознаюсь: пока передний товарищ открывал последний заслон земли, чтобы выйти на волю, на меня нашло такое уныние, что я решил было вернуться в барак. Но со всех сторон на меня напирали товарищи, и я не мог двинуться ни взад ни вперед: хоть ложись и помирай. Но наконец показался просвет. Поднявшийся сквозняк освежил и оживил нас, и мы двинулись.

По выходе на волю я со своими тремя товарищами не пошел прямо по направлению к границе, а немного свернул в сторону, чтобы избежать первой погони. Это, видно, и спасло нас. Другие партии пошли иначе, и ни одной из них, как кажется, не удалось выбраться из Германии.

 


Говорить ли о дальнейших наших приключениях? Уж много рассказывалось о побегах из плена. Не нам первым, не нам последним удалось убежать от немцев. Особенность же нашего побега заключается в том, что нам пришлось устраивать подкоп, потому что иначе никак нельзя было выбраться из лагеря, где повсюду стояли посты. Ведь мы находились не в обыкновенном, а в дисциплинарном лагере, где было вообще много строгостей, а следили за нами особенно зорко.

 


По масштабу на карте, до границы было 80—90 верст. Это расстояние мы прошли в пятнадцать дней. Шли мы только ночью, а днем прятались, где попало. Лежишь, бывало, в поле, во ржи, а неподалеку от тебя люди работают и переговариваются между собою. Тут не то, что шелохнуться, дышать боишься. Но Бог нас миловал.

Самое жуткое воспоминание у меня осталось от одной ночи, когда мы переправлялись на украденной лодке через реку Везер и нас заметила сторожевая моторная лодка. Она дала нам сигнал остановиться. Мы, конечно, налегли на весла, и когда киль лодки стал задевать за дно реки, бросились в воду, чтобы в брод добраться до берега. Но тут мы попали в такую топь, что, казалось нам, наступил наш последний час. Такого же мнения были, видно, люди на моторной лодке: они бросили гнаться за нами, а мы с трудом, покрытые глиной и песком, промокшие и продрогшие, выбрались на берег.

 


На шестнадцатый день наших скитаний мы достигли наконец голландской границы. Мы страшно ослабели, так как все время нам приходилось питаться горохом, бобами, луком, щавелем и верхушками клевера.
Зато в Голландии нас встретили с живым радушием. Солдаты жали нам руки, крестьяне угощали нас молоком и хлебом. Там же нас одели, обули и отправили в Россию.

 

 

 

Категория: Как это было | Просмотров: 207 | Добавил: nik191 | Теги: 1916 г., побег, Плен, война | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz