nik191 Воскресенье, 25.06.2017, 13:27
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [214]
Как это было [342]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [53]
Разное [12]
Политика и политики [27]
Старые фото [36]
Разные старости [26]
Мода [234]
Полезные советы от наших прапрабабушек [227]
Рецепты от наших прапрабабушек [178]
1-я мировая война [1326]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [276]
Революция. 1917 год [186]
Украинизация [29]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2017 » Февраль » 24 » Первая мировая война. 24 (11) февраля 1917 года
07:09
Первая мировая война. 24 (11) февраля 1917 года

Масленица на фронте

 

 

 

24 (11) февраля 1917 года

 

 

От штаба Верховного Главнокомандующего


11-го февраля 1917 года.

На Западном, Румынском и Кавказском фронтах

Обычная перестрелка и поиски мелких разведывательных партий.

 

ТЕЛЕГРАММЫ


Западный фронт

РИГА, 9-го февраля. Противник продолжает оставаться пассивным. Артиллерийское состязание усиливается на некоторых участках. Заметную нервность германцы проявляют на левом фланге рижских позиций. Со стороны К. до города доносились днем сильные взрывы. Обе стороны бдительно следят друг за другом. Холода еще не прекратились. По временам морозы снова достигают 15 и более градусов.

Французский фронт

ГАВР, 9-го (22-го) февраля. Бельгийское официальное сообщение:

«На фронте не произошло ничего выдающегося». (ПТА).

ЛОНДОН, 9-го (22-го) февраля. Официальное сообщение британской главной квартиры во Франции, от 9-го февраля вечером:

«В течение прошлой ночи мы произвели в различных пунктах нашего фронта несколько успешных операций. На фронте Соммы к северо-востоку от Гедекура мы овладели участком неприятельских окопов и захватили при этом 21 человека пленными.

К югу от Армантьера мы разрушили несколько землянок и минных галерей и сильно повредили оборонительные сооружения неприятеля. При этом мы взяли в плен 114 человек, в том числе одного офицера и захватили 4 пулемета.

Потери, понесенные нами, незначительны. За все эти мелкие операции нами в течение суток захвачено 184 человека в плен.

Наша артиллерия продолжала в течение дня энергичную деятельность в районе к северу от Соммы и во многих пунктах между Армантьером и Ипром». (ПТА).

ПАРИЖ, 9-го (22-го) февраля. Официальное сообщение от 9-го февраля, 11 часов вечера:

«В Бельгии вчера в течение дня германские патрули, пытавшиеся подойти к нашим линиям около Рооде-Порта (к северо-востоку от Ньепора) были рассеяны нашим огнем, при чем неприятель понес потери.

На правом берегу реки Маас ведется довольно сильный артиллерийский бой. На остальном протяжении фронта не произошло ничего выдающегося». (ПТА).

ПАРИЖ, 10-го (23-го) февраля. Французское официальное сообщение от 10-го февраля, 1 час дня:

«Мы произвели два внезапных нападения на неприятельские окопы: одно к юго-западу от леса Маланкур, а другое к востоку от Мульи на Маасских высотах, при чем захватили около 200 пленных.

На остальном протяжении фронта ночь прошла спокойно». (ПТА).

ЛОНДОН, 10-го (23-го) февраля. Вечернее официальное сообщение британской главной квартиры во Франции от 9-го февраля:

«Сегодня рано утром к востоку от Вермейль и к югу от Невшапель мы удачно отбили нападения на наши траншеи, предпринятые германцами, нанеся им некоторые потери и захватив пленных. Обычная деятельность артиллерии продолжалась на протяжении всего фронта, приняв более оживленный характер к северу от Соммы и к югу от Ипра». (ПТА).

Итальянский фронт

РИМ, 9-го (22-го) февраля. Официальное сообщение итальянской главной квартиры:

«На плоскогорье Авиаго, ночью, 9-го февраля, неприятельские отряды, пытавшиеся атаковать наши линии в районе Зебио, были быстро отброшены и рассеяны.   

Деятельность артиллерии была незначительной в течение всего вчерашнего дня. Атака, произведенная неприятелем в районе к востоку от линии Собер-Горица была отражена». (ПТА).

Балканский фронт

ПАРИЖ, 9-го (22-го) февраля. Официальное сообщение о военных действиях на Ближнем Востоке от 9-го февраля:

«Деятельность артиллерии развивается на всем протяжении фронта. Около Сереса и на фронте Манукова происходят столкновения патрулей. Набег, произведенный на Брест, около озера Дойран, дал нам возможность захватить пленных. Две неприятельские контратаки, произведенные против названного пункта, были отражены.

Действия летчиков. Летчики развили большую деятельность. Произошло несколько успешных боев в воздухе. Были сброшены бомбы над неприятельскими маршевыми колоннами около Сереса, на Мелькуке». (ПТА).

СОЛУНЬ, 9-го (22-го) февраля. Положение на фронте без перемен. (ПТА).

СОЛУНЬ, 9-го (22-го) февраля. На фронте ничего выдающегося не произошло. (ПТА).

Война на море

ВАШИНГТОН, 9-го (22-го) февраля. Правительство Соединенных Штатов отправило в понедельник по телеграфу ноту испанскому послу в Берлине, с требованием освобождения лиц, захваченных на пароходе «Yаrrоwdalе», в виду отсутствия удовлетворительного ответа на предыдущее требование. Срок выполнения этого требования не определен. (ПТА).

ЛОНДОН, 9-го (22-го) февраля. 8-го февраля потоплен шведский барк «Нugо Наmilton». (ПТА).

 

 

 

Дневник военных действий


К. Шумского

 

Можно ли ожидать нарушения нейтралитета Швейцарии

 

I

Из года в год период зимней подготовки к предстоящим весной крупным событиям вместе с тем является периодом всевозможных слухов и гаданий на тему о том, на каком фронте следует ожидать развития больших боев. В прошлом году перед тем, как началось наступление противника у Вердена,—что и следует считать началом большой кампании прошлого года, в печати также циркулировали всевозможные слухи и об ожидающемся весною наступлении противника у Риги и Двинска, и о неизбежном наступлении германо-болгарских войск на салоникскую армию Паррайля, и о намерении противника прорваться в направлении к Калэ и т. п.

В нынешнем году, с окончанием румынской операции, стали циркулировать такие же слухи, при чем „версии" были одинаковы с прошлогодними. Однако затем, совершенно неожиданно, стал циркулировать слух о возможном нарушении немцами швейцарского нейтралитета.

Очевидно, основанием для такого слуха послужила вполне выяснившаяся невозможность для немцев прорвать англо-французский фронт.

Хотя уже после Марны и после сражения на Изере можно было не сомневаться в том, что немцы не в состоянии создать для себя какой-либо крупный успех на англо-французском фронте, - тем не менее для многих это раньше представлялось не совсем ясным и, по-видимому, даже для самих немцев. Понадобилась целая кампания 1916 г., понадобились „Верден" и „Сомма", чтобы наконец стало уже для всех вполне ясным, что никакого прорыва англо-французского фронта нельзя ожидать в течение всей нынешней войны.
Однако было также ясно, что для немцев выгоднее прежде всего искать решительного исхода на западном фронте, а только потом уже на восточном.

В связи с этим и возникли слухи о намерении немцев нарушить нейтралитет Швейцарии для того, чтобы таким путем обойти англо-французский фронт. Правда, эта идея, — о возможности нарушения немцами нейтралитета Швейцарии для обхода англо-французского фронта, —и ранее обсуждалась в печати, с самого начала войны, после того, как нарушение нейтралитета Бельгии обнаружило готовность противника исключительно считаться со стратегическими соображениями, откидывая в сторону, в случае надобности, всякие международные обязательства.

Тем не менее эти слухи никогда еще не повторялись так упорно и настойчиво, как в нынешнем году, когда неудача противника у Вердена обнаружила, что прямым путем, фронтальным ударом, немцы ничего не могут сделать на Западе, почему и следует якобы ожидать, что они будут искать обходных путей через Швейцарию.

Конечно, никто не знает истинных намерений противника, тем более, что в последнее время немцы окружают свои планы большой тайной и особенно стараются затемнить положение всякого рода демонстративными боями на различных фронтах. Однако это не исключает возможности объективно оценить обстановку и на основании этих данных сделать вывод о том, выгоден ли противнику данный маневр, возможность которого приписывают ему, или невыгоден. Если такой маневр выгоден, — он вероятен, если невыгоден, он весьма маловероятен, ибо мы не имеем оснований приписывать противнику стремление ввязаться в невыгодные для него предприятия, делать себе что-либо во вред, рискуя при таком способе рассуждения забраться лишь в самые непроходимые дебри.

Именно с этой точки зрения, выгодно или невыгодно для противника нарушить нейтралитет Швейцарии,- мы должны считать, что такой шаг противника в высшей степени маловероятен. Это, конечно, не потому, что противник был бы неспособен нарушить нейтралитет Швейцарии, ибо слишком хорошо известно, что немцы своим образом действий доказали противное,—а исключительно потому, что нарушать нейтралитет Швейцарии для противника нет абсолютно никакого расчета.

Немцы сами до войны довольно откровенно намекали на предстоящее нарушение нейтралитета Бельгии, и это можно было ясно видеть из различного рода предположений и суждений немецкой военной литературы по вопросу о будущей войне. Что же касается нарушения нейтралитета Швейцарии, то по этому вопросу также высказывались взгляды в немецкой военной литературе, при чем немцы заявляли, что нарушение нейтралитета Швейцарии не может представить для них стратегических выгод.

Конечно, не это заявление немцев о невыгоде для них нарушить нейтралитет Швейцарии должно нас убедить в том, что нарушения швейцарского нейтралитета не произойдет, хотя вообще можно видеть, что немцы всегда довольно откровенно обсуждали всякого рода стратегические комбинации, намечавшиеся ими для будущей европейской войны. Эта откровенность частью объясняется тем, что в широком смысле план кампании скрыть вообще трудно, так как очертание границ, расположение крепостей, направление железнодорожных путей, оборонительных линий рек и гор, мирная дислокация войск и проч. всегда рисуют в общих абрисах основную идею плана войны еще и в мирное время.


II


Как бы то ни было, - совершенно не считаясь даже с теми взглядами, которые высказывались в немецкой военной литературе по вопросу о нарушении нейтралитета Швейцарии, мы все же должны прийти к выводу, что вся обстановка, как в целом, так и в частностях, говорит за то, что у немцев нет никаких оснований произвести маневр через нейтральную Швейцарию. Прежде всего хорошо известно, что для современных армий с их громадными грузами гористые районы представляют большие трудности и в смысле движения и в смысле маневрирования, а в особенности такой гористый район, каким являются Швейцарские Альпы и рядом с ними пограничная между Швейцарией и Францией горная цепь Юра. Даже и в самом ходе войны на западном фронте можно найти еще одно лишнее, подтверждение этой формулы—о недоступности горных районов для больших масс современных армий.

Так, например, крупные силы обеих сторон в нынешней войне были сосредоточены и вели бои исключительно на северной половине англо-французского фронта, т.-е. на участке между Верденом и Северным морем, где местность относительно доступна. Южная половина фронта, прилегающая к Эльзасу, все время была районом лишь второстепенных действий, столкновений лишь относительно небольших групп войск, что прежде всего объясняется тем, что в такой гористой местности крайне трудны действия значительных масс.

Правда, могут возразить, что второстепенный характер операций на южной половине французского фронта может быть объяснен тем, что там расположен „железный барьер" крепости Бельфор, Эпиналь и Туль. Однако едва ли эти крепости могли сыграть столь значительную роль. Немцы всегда знали, что на путях во Франции будут находиться крепости, и, как мы знаем, приготовили для этого свою знаменитую 42-сантиметровую артиллерию, считая необходимым, если понадобится, сломить эти преграды и пойти непременно по тому пути, который им будет подсказан стратегическими расчетами, невзирая на наличие там сильных укреплений.

Таким образом, против возможности нарушения немцами нейтралитета Швейцарии говорит не только гористый характер Швейцарских Альп и пограничной Юры, но и то непомерное „удлинение фронта", с которым был бы связан „швейцарский маневр" немцев. Нам уже на примере „румынской операции" пришлось наблюдать, какие чрезвычайные усилия делает противник для того, чтобы „сократить" свои громадные фронты, и, по существу, вся „румынская операция" была не чем иным, как „операцией по сокращению фронта". Вполне естественно, что противник, не может не учитывать двух „параллельных" данных: с одной стороны —неизбежное постепенное уменьшение „живой силы" центральных империй, а с другой стороны - непрерывное увеличение фронтов, благодаря постепенному присоединению к державам согласия сначала Италии, а затем и Румынии. Последнее вызывает необходимость увеличивать число войск на фронтах, вследствие удлинения самих фронтов, а между тем естественная убыль в течение войны уменьшает эти силы и требует, наоборот, „сокращения фронта".

Из этого можно видеть, что имеется и вторая причина, которая должна остановить немцев от соблазна нарушить нейтралитет Швейцарии, а именно—неизбежное новое „удлинение фронта", тогда как противнику приходится стремиться к обратному, к „сокращению фронта", дабы иметь возможность с оставшимися убывающими силами оборонять многочисленные театры европейской войны.

Еще далее, разбираясь в этом вопросе, мы должны отметить, что французы еще в мирное время учли все возможные и невозможные комбинации и в том числе столь маловероятную возможность, как движение немцев в обход через Швейцарию. Известно, что в силу этого, французы еще задолго до нынешней войны преградили все пути в обход самой южной французской крепости Бельфора целым рядом фортов: форт Мон-Водуа, близ Герикура, форт Шо, близ Монбельяра и форт Ломон. Форты эти заграждают все пути, ведущие в обход Бельфора с южной стороны, на тот случай, если бы противник почему-либо решил нарушить нейтралитет Швейцарии.

Независимо от этих "передовых" фортов, расположенных близ самой границы, у французов имеется недалеко от швейцарской границы известная крепость Безансон. Крепость Безансон расположена в 63 верстах от швейцарской границы и в 75 верстах за Бельфором. Целый ряд фортов, расположенных на командующих возвышенностях, образует большой крепостной район в несколько оборонительных линии с бастионной оградой вокруг города.

Таким образом, помимо фортов, преграждающих пути в обход Бельфора с юга, через Швейцарию, имеется на границе Швейцарии и Франции оборонительная линия, образуемая труднодоступной цепью гор Юры, а сзади этой горной цени находится „центральный узел обороны" — большая крепость Безансон.

Еще далее отметим большую крепость Лангр, прикрывающую выход из долины Рейна в долину Марны. Эьо также большая крепость, расположенная на обширном плато, которая на высоте свыше 60 сажен командует окружающими ее долинами рек Марны и Боннель. Вместе с тем она расположена на линии железной дороги из Бельфора в Париж и является узлом трех других железнодорожных путей, из которых один идет на Нанси.

Вслед за Безансоном и Лангром отметим весьма обширную французскую крепость Дижон, препятствующую противнику обойти крепость Лангр с юга и двинуться на Париж долиной Ионы.

Наконец все эти три крепости - Безансон, Дижон и Лангр находятся в некоторой стратегической связи друг с другом и образуют громадный маневренный район, опираясь на который, войска всегда могут преградить путь движения противника через Швейцарию в южную Францию.

Из этого видно, что позади швейцарской границы на французской территории французами заблаговременно, еще в мирное время, поставлена столь серьезная преграда, на случай попытки противника прорваться во Францию через Швейцарию, что уже одна эта преграда делает маловероятными всякие предположения о возможности немецкого "маневра" через швейцарскую территорию для вторжения во Францию. Если противник оказался не в состоянии прорваться на северной половине французского фронта, невзирая на то, что там оборона французов зиждется на укреплениях, возведенных во время войны, то тем более немцы не могут рассчитывать на успех движения через швейцарскую границу, за которой во Франции имеется столь основательная и столь продуманная система крепостей, как Безансон, Лангр и Дижон.


ІII


Ко всему этому необходимо добавить, что при движении немцев через Швейцарию, им пришлось бы считаться с сопротивлением швейцарской армии. Правда, Швейцария выставляет лишь милицию, но, как известно, в настоящее время во всех армиях имеется громадное число людей, не получивших в мирное время подготовки, а получивших таковую во время войны. Кроме того, швейцарская армия, хотя и милиционного характера, но подготовлена к действиям в горах, а под высшим руководством опытных французских военачальников она, несомненно, должна представить собою весьма полезную вспомогательную силу, численность которой должна быть не менее 200 тысяч человек, а может быть, и значительно более.

В Швейцарии обязаны службой все граждане от 17 лет. Первые 12 лет военнообязанные зачисляются в войска первой линии, затем 8 лет числятся в ландвере и 8 лет в ландштурме. Кроме того, все способные носить оружие и почему-либо не попавшие в войска, в возрасте от 20 до 50 лет, также могут быть призваны для службы в ландштурменных частях.

Милиционный характер швейцарской армии подразумевает весьма короткие сроки обучения: 65 дней в пехоте, в пешей артиллерии и в инженерных войсках, 75 дней в полевой артиллерии и 90 дней в кавалерии. Эти сроки разбиваются на несколько лет, но, сверх, того, имеются еще учебные и повторительные сборы. В общем, за 28 лет состояния в числе военнообязанных, граждане привлекаются для всякого рода сборов- учебных, повторительных и контрольных, в общей сложности на 172 дня, т.-е. срок обучения швейцарской милиции—пол года, разбитый при этом на длинный период в 28 лет.

В мирное же время швейцарская армия насчитывает только 218 человек, — корпус инструкторов (офицеры и унтер-офицеры).

В военное время, по расчетам швейцарского генерального штаба, перволинейная армия должна выставить 8 дивизий пехоты, 3 горные бригады и 4 бригады кавалерии. Каждая дивизия состоит из 3-х бригад по 2 полка, и сверх того к дивизии должно быть придано 6 батареи полевой артиллерии, 2 батареи тяжелой артиллерии, 1 батальон саперов и 1 рота велосипедистов.

Горные бригады должны состоять в военное время из 2-х или 3-х батальонов горной пехоты, 2-х горных батарей и 1 роты саперов.

При такой организации перволинейная армия Швейцарской республики должна, по расчету, выставить 106 батальонов пехоты, 10 батарей легкой артиллерии, 12 батарей тяжелой артиллерии, 6 горных батарей и 24 эскадрона конницы. Общее число войск перволинейной армии Швейцарской республики предполагается, приблизительно, в 140 тысяч человек. Сверх того предполагаются вспомогательные части, которые должны формироваться ландвером. Эти вспомогательные части предназначаются для укреплений С.-Готарда и других укреплении, а также и для некоторых других целей. Всего намечено организовать из ландвера 60 батальонов и 24 эскадрона—несколько более 50 тысяч человек.

Считая же с обученным ландштурмом, швейцарская армия с ландвером может выставить до 220—230 тысяч человек. Этим, конечно, не исчерпываются все силы, которые могут быть выставлены Швейцарией, ибо, как известно, при наибольшем напряжении, даже большие страны, как это показал опыт последних войн, могут выставить до 16 процентов от населения. В Швейцарии же, при населении несколько менее 4-х миллионов, это дает цифру более полумиллиона, и есть полное основание ожидать, что, в случае надобности, Швейцария может дать это число людей.


IV


С началом нынешней войны в Швейцарии были призваны на службу некоторые части относительно небольшое число людей, и лишь в последнее время было мобилизовано около двух дивизий, и сверх того частично мобилизованы еще две дивизии. В общем это может дать не более 50 тысяч человек, т.-е. около 1/3 перволинейной армии и около 1/5 всех вооруженных сил, выставляемых в военное время Швейцарией.


Такого рода меры отнюдь нельзя назвать теми решительными военными мерами, той полной „мобилизацией", к которой столь неизбежно прибегают в минуты серьезной опасности. Это объясняется тем, что швейцарское правительство само не верит в возможность нарушения Германией нейтралитета Швейцарии, учитывая как те данные, которые мы приводили выше, и которые определенно указывают, что для немцев нет никаких выгод нарушать нейтралитет Швейцарии, а также, вероятно, учитывая и те особые сведении, которыми располагают швейцарские власти. Президент Швейцарской республики с некоторым недоумением, но весьма определенно заявил журналистам, что он „удивляется слухам и страхам, довольно часто возникающим насчет возможности нарушения нейтралитета Швейцарии", что он „убежден, что никто из воюющих и не думает о вторжении", и что „к тому же это вторжение не представило бы никакой выгоды ни одной из воюющих сторон".

Президент Швейцарской республики при этом добавил, что он верит в силу сопротивления швейцарской армии и всего швейцарского народа. Выше мы указывали, что швейцарская армия, опираясь исключительно на трудные условия местности, может оказать серьезное сопротивление, а в особенности под высшим руководством опытного и талантливого французского высшего командования, - но дело, конечно, не в этом. Если бы только одна швейцарская армия удерживала Германию от нарушения швейцарского нейтралитета, то можно было бы предположить, что силы, выставляемый столь крупной державой, как Германия, могут сломить в конце концов такую преграду. Однако дело в том. что независимо от того сопротивления, которое должна оказать швейцарская армия, для противника, как мы видели, самое прохождение через Швейцарию не может дать никаких выгод. Действительно, какой смысл предполагаемого движения противника через Швейцарию?

Очевидно, такое движение может быть вызвано стремлением обойти с юга линию труднодоступного англо-французского фронта. Этого соображения предполагать у немцев нельзя, ибо какой смысл обходить линию труднодоступного фронта для того, чтобы упереться еще в не менее грозную стену - Дижон, Лангр, Безансон?

Если же добавить остальные невыгоды, перечисленные выше, то можно, во-первых, с большим основанием сомневаться в возможности нарушения нейтралитета Швейцарии, а во-вторых, в маловероятном случае такого ложного шага противника, нисколько этого не опасаться, при тех мерах, которые были уже приняты во Франции 20 лет тому назад на этот случай, и которые, вероятно, дополнены новыми мерами теперь.

 

 

Еще по теме:

 

Первая мировая. Сараевское убийство.

Первая мировая война. Австрийский ультиматум Сербии

.............

Первая мировая война. 20 (07) февраля 1917 года

Первая мировая война. 21 (08) февраля 1917 года

Первая мировая война. 22 (09) февраля 1917 года

Первая мировая война. 23 (10) февраля 1917 года

Первая мировая война. 24 (11) февраля 1917 года

Первая мировая война. 25 (12) февраля 1917 года

 


 

 

Категория: 1-я мировая война | Просмотров: 109 | Добавил: nik191 | Теги: 1917 г., война, февраль, Газеты | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz