nik191 Понедельник, 23.10.2017, 00:11
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Дневник | Регистрация | Вход
» Block title

» Меню сайта

» Категории раздела
Исторические заметки [230]
Как это было [364]
Мои поездки и впечатления [26]
Юмор [9]
События [54]
Разное [12]
Политика и политики [39]
Старые фото [36]
Разные старости [27]
Мода [239]
Полезные советы от наших прапрабабушек [228]
Рецепты от наших прапрабабушек [179]
1-я мировая война [1453]
2-я мировая война [97]
Русско-японская война [1]
Техника первой мировой войны [282]
Революция. 1917 год [373]
Украинизация [68]

» Архив записей

» Block title

» Block title

» Block title

Главная » 2017 » Август » 11 » Опасность контрреволюции (июль 1917 г.)
05:15
Опасность контрреволюции (июль 1917 г.)

По материалам периодической печати за июль 1917 год.

Все даты по старому стилю.

 

 

Москва 13 июля (26 июля).

В судные дни, наступившие теперь для России, стране, народу и революции приходится отвечать и расплачиваться за прошлые и за новые ошибки и преступления. Армия бежит, и один из доблестных вождей ее ради спасения России и ее свободы угрозой самовольной отставки требует от временного правительства, чтобы оно решительно изменило всю свою военную политику последнего времени и вместо слов убеждения и призыва перешло к восстановлению военной дисциплины.

В эти зловещие дни, когда среди черных туч, нависших над Россией, не видно просвета, в стране и в руководящих кругах демократии понемногу начинается отрезвление. Но, к несчастью, оно идет слишком медленно, и сознание всей грозности переживаемого момента еще недостаточно сильно, чтобы заставить понять все совершенные ранее ошибки, взглянуть действительности прямо в глаза, открыто признать ее властные требования и отказаться от постановки задач, диктуемых партийным ослеплением.

Необходимо оценить действительные размеры надвинувшейся опасности и не переоценивать опасности мнимой. Необходимо бороться с самым бедствием страны, а не с тем настроением, которое им создается.

Эти простые истины все еще не усвоены нами. В бесчисленных резолюциях советов, почти на всех столбцах социалистической печати изо дня в день повторяется наиболее яркий лозунг:

опасность контрреволюции надвигается,—cavеant соnsules.

В своем воззвании к гражданам по поводу катастрофического прорыва на фронте петроградский совет рабочих и солдатских депутатов считает нужным прежде всего остановиться на грозящем стране рабстве «худшем и горшем», чем был старый порядок, на опасности контрреволюции, подготовляемой темными силами.

В этом воззвании верно только одно: правильное понимание смысла контрреволюции. Последняя неизбежна, когда в стране получат перевес силы, готовые отдать все действительные завоевания революции за восстановление порядка хотя бы в условиях старого строя, пусть «еще худшего и горшего».

Где же эти силы? Еще не так давно съезд советов рабочих и солдатских депутатов признал сосредоточением этих контрреволюционных сил Государственную Думу, в памятные февральские дни ставшую во главе революционного переворота. Еще в последние дни исполнительный комитет по тем же мотивам требовал от временного правительства третьего состава роспуска Думы.

Временное правительство нашло в себе достаточно политического благоразумия, чтобы в дни национальной катастрофы отказаться от этого акта партийной борьбы. Сейчас вопрос о Государственной Думе, как о центре контрреволюции, как-то замер. Да оно и понятно: одно из ее требований,—энергичной борьбы с растущей анархией и , немецким предательством,—постепенно, хотя не без известного сопротивления, вошло в программу совета, а последние воззвания его повторяют слова призыва, раздававшегося раньше из Думы: объединение всех живых сил для спасения страны.

Еще три недели тому назад казачий съезд был предан анафеме и объявлен контрреволюционным. Но и здесь последние события сыграли злую шутку над советом. Как раз казачьи полки, примкнувшие к лозунгам казачьего съезда, одними из первых пришли на защиту совета и временного правительства в дни петроградского восстания.

Это ли контрреволюционные силы, которых так боится совет?

Но если в стране нет и в данный момент еще не может найтись сил, которые уже теперь стремились бы к восстановлению старого строя, если действительно контрреволюция существует только в испуганном воображении или партийных лозунгах и партийной политике, то несомненно другое: в стране растет недовольство тем направлением, которое приняла революция, растет недовольство против ее руководящих органов, а авторитет не только советов, но и временного правительства падает.

Этому явлению, а вовсе не готовящейся где-то контрреволюции надо открыто посмотреть в глаза и попытаться выяснить, какие имеются для него основания.

События в Петрограде, в Нижнем, в Киеве, в Ельце и десятке других городов показали, что новый демократический строй меньше всего удовлетворяет самому элементарному требованию гражданского общежития: он не обеспечивает личной безопасности граждан. Пусть советы рабочих и солдатских депутатов осуждают выступление большевиков и volens-nolens борются с ними. Но разве они не несут известной ответственности за эти события, если и теперь они еще не могут окончательно порвать с партией, фактически и морально виновной в петроградском восстании?

Нет личной безопасности в стране, а во многих местах России жители обречены на полуголодное существование. Но разве на местах экономическая политика советов считалась с интересами снабжения и производства? Разве разделы и захваты земель в Пензенской губернии и других, — захваты, руководимые местными комитетами, учитывали потребности в хлебе? Разве вообще советы в своей экономической политике сколько-нибудь стремились к возможно более полному использованию всех рабочих сил, на чем в свое время горячо настаивал социал-демократ Маслов, указывая на полное истощение в стране сырых материалов и топлива?

Наконец, военная катастрофа последних дней нанесла новый жестокий удар политике революционных организаций, и опять не только в сознании уличной толпы, но и среди людей, глубоко любящих родину, ее свободу и счастье. Пусть теперь советы рабочих депутатов грозно спрашивают, кто виноват в этой катастрофе. На этот вопрос отвечает член совета Чайковский:

«На нас, социалистических партиях лежит огромная ответственность за разрешение единства демократии. Еще недавно нельзя было заикнуться о необходимости энергичной обороны страны, нельзя было произнести слово «родина». И вот мы стоим теперь перед психологическим развалом армии, которая защищает Россию».

Пройдет немного времени, когда народ и армия, даже бегущие ее части поймут весь ужас и позор положения. Военная катастрофа менее всего способна упрочить авторитет революционных организаций.

Итак, движение против советов в стране несомненно растет и имеет глубокие корни. Советы не только не оказались на высоте чрезвычайных объективных трудностей момента, но в самих попытках разрешения государственных задач они совершили явные грубые ошибки, за которые теперь расплачивается страна. Было бы однако большой аберрацией считать растущее недовольство действительно контрреволюционным движением. Еще наивнее было бы бороться с ним путем репрессий, провозглашением республики в целях преследования монархической пропаганды, закрытием или прекращением каких-либо уличных листков. Такая борьба с мнимой контрреволюцией всего более способствовала бы приходу контрреволюции настоящей.

Люди, которым действительно дороги интересы свободы и демократии и прежде всего самое существование и счастье России, должны теперь понять, что спасти страну не только от контрреволюции, но и от гибели, можно только путем разрешении не партийной, а национальной задачи, не путем защиты во что бы то ни стало политики советов и их ошибок, а путем объединения всех живых сил народа для разрешения одной задачи: прекратить междоусобия в стране и создать крепкую армию на фронте, дать хлеб населению и снабдить снарядами и оружием армию.

Только осуществление этой задачи может спасти страну от могущей надвинуться контрреволюцию, ибо всякая власть и всякая демократическая организация, которая не сможет справиться с нею, все равно обречена на гибель.

Русские Ведомости, № 158, 13 июля


Грозная опасность

Отступление нашей армии продолжается, и едва ли кто может предсказать, где и когда оно остановится. В какие, нибудь две-три недели мы потеряли все, что приобрели ценою трехлетних усилий. Наше общество с тревогой смотрит на будущее и ждет новых территориальных уступок врагу. Поэтому оно особенно напряженно следит за результатами действий армий. Опасность утраты большого пространства живо чувствуется всеми и не без основания. В официальных телеграммах хотя и участились отметки оказываемого нами сопротивления, но подчеркнутые штабом факты столь незначительны по своему существу, что строить на них прочные надежды пока преждевременно. Возможно, что в будущем развал армии прекратится, а боевой порядок восстановится. Однако, следует помнить, что задачи нашего полководца и высших начальников слишком тяжелы. Ведь прежде, чем приступить к операциям, им необходимо произвести серьезные реформы вооруженной силы. Ожидать, что все уладится само собой нет никаких оснований.

Мы должны быть готовы к новым, весьма тяжелым утратам.

Настоящая война до сих пор протекала под знаком стремления захватить тот или иной кусок земли. Потери политических и экономических пунктов беспокоили всех гораздо сильнее, чем неудачи маневрирования живой силы. Мы привыкли измерять успех почти исключительно верстами пройденного пространства. А, между тем, главным фактором всегда являлась и теперь является лишь обстановка, среди которой приходится действовать войскам. Только ее изучение дает возможность разобраться в вопросе, насколько благоприятно для нас слагаются условия, предрешающие исход кампании. Уступка пространства— не страшна. Страшен разгром живой силы, после которого противник становится полным господином положения.

И эта опасность над нами уже нависла.

Если внимательно проследить ход последних событий, то глазам представится следующая картина.
Австро-германцы уже вытеснили нас из юго-восточной Галиции и Буковины, а теперь стараются охватить с двух сторон румынский участок и поставить в тяжелое положение соединенные силы генералов Щербачева и Авереско. С этой целью северная колонна врагов, заняв 21 июля Черновицы, двинулась к югу между рр. Серет и Сучава и прогнула наш фронт у г. Радауца. Южный же отряд 24 июля начал наступать вдоль железной дороги Фокшаны—Мерещесчи и шоссе Фокшаны—Чиуслея. Он овладел нашей позицией в этом районе и оттеснил нас за реку Тырладесус (правый приток Серета, впадающий у Чиуслеи). На другой день австро-германцы одержали новый значительный успех. Они заставили русско-румынские войска отойти к северу от д. Бисигесчи. Этот пункт лежит в 7 верстах к северо-западу от Чиуслеи и, обороняемый с запада, прикрывает кратчайший путь к железнодорожному узлу Текучиу.

Таким образом, на крайнем юге очень рельефно наметился новый прорыв нашего фронта. Правда, линия реки Серет между Чиуслея и Билиесчи—еще в наших руках. Но оттеснение противником к северу частей, обеспечивавших до сих пор ее правый фланг, внушает весьма серьезные опасения. Данные последних телеграмм Ставки указывают с несомненною ясностью на желание фельдмаршала Макензена форсировать Серет одновременно на севере и юге Молдавии. Если бы это ему удалось, то все наши группы, удерживающиеся пока между Кимполунгским шоссе и рекою Завалою, попали бы в мешок. Поэтому упорная оборона на верхнем и нижнем Серете особенно важна, и здесь, как видно из сообщений, назревают серьезные бои.

Весь вопрос только в том, насколько многочисленны наши боеспособные резервы?

Известно, что Гинденбург начал переброску корпусов из Франции. Эти войска едут к нам исполненные уверенности в своей будущей победе. Наше командование тоже должно серьезно подумать о поднятии духа бойцов. Кое-что в этом направлении, по-видимому, уже сделано. Есть сведения, что части, отказавшиеся наступать, изъявляют раскаяние. Дезертиры возвращаются. Но этого, конечно, недостаточно. Важно реорганизовать тыл, где засели толпы ничего не делающих вооруженных людей. Надо начать строгое воспитание войск. Мы в настоящее время обладаем таким перевесом над противником в живой силе, а кое-где даже и в технике, что могли бы закончить войну осенью. Мешает этому недостаток моральной упругости.

Как же выйти из ужасного тупика?

Чтобы успешнее бороться с постигшим нас бедствием, надо отыскать его причины. Мы не будем перечислять их, но не можем не высказать, что одной из главных было внушение солдатам и народу мыслии о том, что достигнутой свободе угрожает одна буржуазия, которая начала войну и не хочет ее окончить. Немцы были названы друзьями. Им была протянута рука через окопы. Во время бесед между проволочными заграждениями, происходивших при благосклонном попустительстве начальства, враги постарались убедить наших воинов, что не только не угрожают им, но готовы вместе громить контрреволюцию. Союз был скреплен дружескими попойками и меновой торговлей.

Разве можно удивляться, что теперь солдаты не верят призывам начальства спасать родину? Ведь они убеждены в бесцельности борьбы, а свои мысли направили на осуществление гражданских прав.

Необходимо сказать им, что они ошибаются.    

Теперь у власти социалисты, хвастающиеся приобретенным им доверием масс.

Они объявили, что хотят спасать революцию, а заодно—и отечество. Пусть найдут в себе мужество сказать народу, что немцы—непримиримые исторические враги России. Пусть признают необходимость борьбы с ними до полной победы русского оружия. А до тех пор все мероприятия по приведению армии в порядок не дадут результатов, могущих обеспечить нашу безопасность.

Гроза, надвинувшаяся на юго-западный и южный театры, готова разразиться тяжелыми ударами. Если группы, находящиеся на участке Кимполунг—река Завала будут обойдены и отрезаны от их баз, то для врагов откроется широкий проход в наши южные губернии. Состояние тыловых войск не дает никаких надежд на остановку этого будущего натиска.

Нельзя медлить. Надо приниматься за их боевую подготовку.

Л. Брасалов.

"Московские Ведомости", № 162, 27 июля (9 августа) 1917 г.

 

Карты юго-западного фронта


с указанием раионов расположения наших армий с 18-го июня по 12-е июля с. г.—с момента наступления до периода отступления наших войск, за время командования юго-западным фронтом-генерала Гутора и генерала Корнилова, ныне назначеннаго верховным главнокомандующим


Все, что заштриховано, завоевано было нашими доблестными войсками под командой генерала Корнилова, ринувшимися на врага по призыву верховного вождя революционной армии военного министра А. Ф. Керенского.

 

II. Галиция и пограничные Волынская и Подольская губернии (во дни наших побед).

На карте подробно указана та часть Галиции, которая была ареной наших недавних славных побед. Заштрихована вдоль фронта территория, занятая „войсками 18-го июня".

 

III. Галиция и пограничные Волынская и Подольская губернии (во дни наших поражений).

На карте показаны результаты отступлений 7-й, 8-й и 11-й армий—заштрихована огромная территория, почти без боя отданная врагу за время с 25-го июня по 12-е июля с. г.

 


ТОВАРИЩИ И ГРАЖДАНЕ!

Перед Всероссийским Центральным Исполнительным Комитетом Советов Рабочих и Солдатских Депутатов стоят задачи исключительной важности по укреплению духа нашей армии, поднятию ее боеспособности и по подготовке широких народных масс к выборам в Учредительное Собрание.

Для выполнения этих задач нужны большие средства.
Жертвуйте, собирайте и отчисляйте средства в распоряжение Центрального Исполнительного Комитета Советов Р. и С. Д.

Все пожертвования просят сдавать и направлять в Финансовый Отдел Исполнительнаго Комитета Совета Р. и С. Д.

(Петроград, Смольный Институт, 2-й этаж, комната 19).

 

 

Еще по теме

 

 

Просмотров: 51 | Добавил: nik191 | Теги: июль, 1917 г., революция | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
» Календарь

» Block title

» Яндекс тИЦ
Анализ веб сайтов

» Block title

» Block title

» Block title

» Статистика

» Block title
senior people meet contador de visitas счетчик посещений

» Новости дня

» Block title


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz